Он улыбнулся — по-настоящему, тепло и чуть печально.
— Ты никогда меня не мучила.
Пауза. Его взгляд стал серьёзнее.
— Наоборот. Ты — единственное, ради чего всё это время стоило говорить правду.
Но даже в этой теплоте была тень… что-то, что он всё равно не озвучил.
И она почувствовала это кожей.
— Ты… всё равно мне что-то не договариваешь, да? — тихо сказала Диана.
Он замер. Только на долю секунды.
И тут же мягко ответил:
— Я расскажу. Обещаю. Просто не сегодня. Не сейчас. Ты и так узнала слишком много за один вечер.
Его слова звучали правильно. Успокаивающе.
Но где-то глубоко внутри у Дианы зашевелилось неприятное:
он скрывал что-то важное. Что-то, что могло изменить всё.
Диана вдруг тихо рассмеялась — выдохнула коротко, хрупко, будто сама удивилась, что в этом месте ещё можно смеяться.
Она покачала головой, глядя на него в упор:
— И всё равно… как бы они ни старались, как бы ни путали меня… — её голос дрогнул, но в глазах мелькнула уверенность, — я всё равно тебя опять нашла.
Парень замер — будто эти слова ударили куда-то глубже, чем он ожидал.
Он медленно выдохнул, и в его улыбке появилось что-то тёплое, почти болезненное:
— Да… ты Диана вдруг почувствовала, как всё, что она держала внутри — страх, растерянность, тихая надежда, тонкая нить узнавания — разом стало слишком тяжёлым.
Словно эта правда, даже неполная, надавила на неё сверху, и внутри что-то дрогнуло.
Каждый раз.
Он пожал плечами с тихой, грустной усмешкой:
— Иногда быстрее, иногда позже… но ты приходила. Даже когда они полностью переписывали тебе память.
— Значит, мы… — она замялась, пытаясь подобрать слова, — мы правда были друзьями?
— Да, Ди, — парень тихо кивнул. — Настоящими.
Его голос стал мягче:
— Не какими-то тайными соучастниками или заговорщиками… просто… людьми, которые находили друг друга. Всегда.
Диана почувствовала, как внутри что-то сжалось — тепло и боль вперемешку.
Сложно было понять, почему она так реагирует на человека, которого по идее «не помнит».
— Тогда… — она осторожно шагнула ближе, — скажи хоть что-нибудь. Что-то, что я должна знать… что я знала раньше.
Он опустил глаза на секунду. И вернул взгляд, спокойный и тёплый, но с той же едва заметной тенью.
— Ты знала, что им страшно не то, что ты забудешь, — тихо сказал он. — А то, что ты снова вспомнишь.
Пауза.
— То, что каждый раз… ты тянулась к правде.
Внутри у неё всё похолодело.
— Но почему? Почему это так опасно?
Он прикусил внутреннюю сторону щеки, будто выбирая, что сказать.
И всё-таки выдал только половину:
— Потому что если ты сложишь всё воедино… ты станешь угрозой.
Он тихо добавил:
— Для них. Не для меня.
Диана открыла рот, чтобы спросить ещё — но он поднял ладонь, мягко останавливая:
— Погоди. Ты и так держишь в голове слишком много. Не хочу, чтобы у тебя было снова… — он чуть усмехнулся, — короткое замыкание, как в прошлый раз.
Она нахмурилась:
— В прошлый?..
Он тут же посерьёзнел:
— Потом расскажу. Обещаю.
Он сделал шаг к ней, почти касаясь, но не переходя границы.
— Ди… просто скажи, что ты доверяешь мне хоть немного.
Она вдохнула глубоко.
Сердце билось неровно.
Тревога и странное тепло переплетались так, что трудно было понять, что из них сильнее.
— Если я каждый раз тебя нахожу… — тихо сказала она, — значит… да. Немного — да.
Он улыбнулся. И эта улыбка была такой настоящей, что у неё на секунду закружилась голова.
Диана вдруг почувствовала, как всё, что она держала внутри — страх, растерянность, тихая надежда, тонкая нить узнавания — разом стало слишком тяжёлым.
Словно эта правда, даже неполная, надавила на неё сверху, и внутри что-то дрогнуло.
Глаза наполнились слезами. Она пыталась моргнуть их обратно, но они всё равно потекли по щекам — тихо, почти бесшумно.
Парень приподнялся с колен, тревожно глядя на неё:
— Ди… эй… — его голос стал мягким, аккуратным, будто он боялся сделать ей хуже. — Не плачь. Я рядом.
Она шагнула к нему почти машинально — будто её тело само знало этот путь.
Он слегка протянул руки, но не коснулся первым, давая ей выбор.
И она сделала его.
Диана медленно, осторожно обняла его.
Нерешительно. Хрупко.
Как будто боялась, что он исчезнет, если крепко прижмётся.
Он замер всего на секунду, а затем аккуратно обнял её в ответ — не давя, а поддерживая её вес, её дрожь, её дыхание.
— Всё хорошо… — прошептал он у её виска. — Я здесь. Ты справишься. Как всегда.
Она всхлипнула, уткнувшись в его плечо.
Её пальцы сжались в ткани его рубашки, будто она боялась отпустить и снова потерять кого-то, кому может доверять хоть чуть-чуть.