Они с Петерсеном, как зачарованные, стояли и смотрели на монстра. Их транс длился не более секунды, но этого времени было вполне достаточно, чтобы зверь бросился к ним, схватил Петерсена, повалил на пол и разорвал ему горло. Из огромной раны вырвался фонтан крови, забрызгав Невиллу брюки и башмаки. Словно внезапно очнувшись от кошмарного наваждения, Невилл шарахнулся назад, с треском захлопнув за собой дверь. Он кубарем скатился со ступенек, бросился к лимузину и прыгнул на переднее сидение. Он гнал машину с бешеной скоростью, не обращая внимания на ругательства Бриггса, не разбирая дороги и толком не зная, где находится, одержимый лишь одной мыслью: им нужно бежать, спасаться, потому что Клаудиа обнаружила их, она знает, кто они и где их искать, и хочет убить их, всех до одного убить.
— Преподобный! — заорал Бриггс; — Если вы сейчас же не остановитесь, я пристрелю вашу жену!
Невилл посмотрел в зеркало.
— Сзади! — крикнул он. — Сзади!
Бриггс обернулся. Его лицо залила смертельная бледность.
— О, черт! — прошептал он.
Оборотень настигал их.
Невилл гнал как сумасшедший. Мимо пустынного в этот час муниципального парка, мимо городского Концертного зала, мимо темных безмолвных зданий. Он гнал уже не одну милю, а зверь не отставал, наоборот, казалось, что с каждым мгновением он становится все ближе и ближе. Вдруг Невилл резко нажал на тормоза, чтобы не столкнуться с одним из огромных дубов, которыми обсажен бульвар Линкольна. И этой секундной потери скорости было достаточно, чтобы монстр, одним махом сократив разделяющие их метры, запрыгнул на багажник автомобиля.
Невилл вновь нажал на газ, но зверь держался крепко и в следующий момент, ударив могучей лапой, разбил заднее стекло. Луиза закричала, но ее крик заглушили вопли Бриггса, оказавшегося следующей жертвой оборотня, который словно чудовищными граблями провел когтями по лицу «кнута», напрочь сдирая губы и нос и практически выдрав у несчастного правый глаз.
Невилл видел все, что происходило сзади. Он снова резко нажал на тормоз, и в этот раз чудовище, не удержалось, перелетело через крышу автомобиля и грузно упало на дорогу перед колесами. Бриггс открыл дверь и выпал на обочину в тот самый момент, когда Невилл нажал на газ, и машина, взревев, наехала на оборотня. Поверженный наземь монстр страшно закричал. У Невилла мелькнула надежда на опасение, но в следующий момент он понял, что это крик ярости, а не боли, ибо оборотень был снова на ногах и опять бросился в погоню за удирающим автомобилем, забыв про истекающего кровью «кнута», скорчившегося на обочине.
Невилл все жал и жал на газ, его руки, сжимающие руль, дрожали, а по лицу ручьем текли слезы. Луиза на заднем сидении тихо плакала и молилась. Взглянув в очередной раз в разбитое заднее стекло, она вдруг увидела, что расстояние между ними и чудовищем стремительно увеличивается.
— Быстрее, Джон, — закричала женщина. — Она отстает.
Он почти вдавил в пол педаль акселератора и в следующий момент потерял контроль над управлением. Лимузин развернулся вокруг своей оси на обледеневшей дороге и врезался в телефонную будку на обочине. Невилл и Луиза выбрались из машины и побежали.
Они бежали целый час безо всякой цели, покуда Невилл не почувствовал, что его сердце, и легкие, и ноги больше не в состоянии выдерживать этот бешеный темп. Луиза, запыхавшаяся, но еще полная сил, постоянно подгоняла его, но когда он, наконец, остановился, привалившись спиной к фонарному столбу, прижимая одну руку к груди, а другую к горлу, она остановилась тоже. Он огляделся и сразу увидел оборотня меньше, чем в десяти футах от них. Невилл заглянул в холодные желтые глаза и увидел в них смерть.
Оборотень медленно приближался к ним. Длинные руки свободно болтались из стороны в сторону, зверь тяжело дышал, в зубах застряли куски человеческой плоти. Он жадно и как-то даже похотливо облизывался, и Невилл почувствовал отвратительное зловоние, запах крови, смерти, разлагающейся плоти и грязной шерсти. И тут он вспомнил о борец-траве. Вытащив веточки из кармана, он выставил их перед монстром, который вдруг остановился и часто заморгал от удивления и замешательства, не в состоянии постигнуть своим звериным умишком, откуда исходит эта неожиданная слабость, охватившая все его члены. Он сделал еще один шаг к своей добыче, но в следующий момент отшатнулся назад, замотав огромной мохнатой головой. Несколько секунд, которые показались Невиллу вечностью, оборотень стоял, и не мигая, смотрел на них. Затем он повернулся и убежал в темноту. Только реальность переживаемого им ужаса, только боязнь разжать кулак и уронить растение удерживали Невилла от обморока. Луиза прижалась к нему так крепко, что у Невилла начали затекать руки. Они смотрели в пустынную мглу и исступленно шептали молитву.