Вдруг его внимание привлекло легкое движение у входа, он обернулся и увидел, что в зал только что вошла женщина изумительной красоты, одетая в длинное вечернее платье из черного шелка. Лишь спустя несколько мгновений, до него дошло, что эта женщина — не кто иной, как Петра Левенштейн.
Брачер улыбнулся и подошел к ней со словами:
— Мисс Левенштейн, вы само очарование!
Она улыбнулась в ответ.
— Благодарю вас, капитан. Мне было приятно получить приглашение.
— Рад служить, — искренне ответил он. — Если бы я знал, что у меня работает такая красавица, я бы устраивал подобные вечера гораздо чаще.
Она засмеялась.
— Что ж, еще не поздно, капитан.
— Мне не следовало прятать вас ото всех в лаборатории, — сказал Брачер. — Это платье вам несказанно более к лицу, чем белый халат.
— Да, но оно не столь практично.
Продолжая этот словесный флирт, Брачер оценивающе рассматривал ее. Длинные черные волосы были гладко зачесаны назад и собраны на затылке в пышный шиньон, тем самым подчеркивались высокие скулы и длинная прекрасная шея. Длинное платье, переливающееся в приглушенном свете люстр, очень открытое и обтягивающее, подчеркивало все прелести ее великолепной фигуры. Искусно наложенный грим придавал восхитительную таинственность ее облику, а тонкая золотая цепочка на шее эффектно контрастировала с матово-бледной кожей и черным шелком платья. Она была так прекрасна, что на мгновение Брачер растерялся и, не придумав ничего лучше, повторил еще раз:
— Вы просто очаровательны!
Это прозвучало так искренне и с таким чувством, что Петра, слегка порозовев, опустила глаза.
— Прошу вас, капитан, не надо! Вы вскружите мне голову!
Брачер хотел что-то ответить, но в этот момент он увидел Бриггса, который энергично махал ему рукой, указывая на дверь.
— Кажется, приехал мистер Халл. Не желаете ли поприветствовать его? — Он протянул ей руку.
Нежно и грациозно беря его под руку, она ответила:
— Почту за великую честь, капитан.
Эти слова и то, как она их произнесла, так серьезно и в то же время с какой-то зовущей покорностью, вдруг пробудили в Брачере желание, внезапное и сильное, какого он уже давно не испытывал ни к одной женщине.
Вместе с Петрой они прошли через весь зал к двери, и капитан с удовлетворением отметил, что взгляды всех мужчин прикованы к его спутнице. «Что ж, прекрасно их понимаю, — подумал он. — Сам-то я никогда не замечал, как поразительно красива эта женщина. — Он улыбнулся про себя. — Ничего, у меня еще будет время наверстать упущенное».
Они были у двери как раз в тот момент, когда в зал вошел Халл с целым штатом телохранителей.
Он дружески поприветствовал Брачера и, обводя зал рукой и широко улыбаясь, сказал:
— Вы меня приятно удивили, Брачер. Спасибо.
— Все мы чрезвычайно польщены вашим присутствием, — мистер Халл, — ответил капитан. — Вы не часто балуете нас своими визитами, к тому же нынешнее событие настолько значительно, что я подумал, что… э-э… одним официальным обедом здесь не обойдешься.
Он положил руку Петре на плечи и легонько подтолкнул ее вперед.
— Разрешите представить — мисс Петра Левенштейн.
Петра улыбнулась.
— Рада познакомиться, мистер Халл.
— Взаимно, мисс Левенштейн, — ответил Халл, учтиво поклонившись. Он уже слышал это имя, но не мог вспомнить, в какой связи.
— Мисс Левенштейн — тот самый химик, которого доктор Реймор перевел на проект «Ликантроп», — сказал Брачер. — Она добилась поразительных результатов в изучении феномена… ну, назовем это «феноменом цыгана Калди».
Халл поднял брови.
— А-а, так это вы тот самый химик! Я читал о ваших успехах в отчетах Брачера! Однако мне следует хорошенько отчитать Реймора. Ей-богу, он сумасшедший, если отпустил такую прелесть на другой проект.
Халл был определенно в приподнятом настроении, и поэтому Брачер сказал:
— К вашим услугам здесь шампанское и легкие закуски, мистер Халл. Все это устроили наши местные… друзья.
В этот момент музыканты заиграли вальс Штрауса.
— Благодарю вас, Брачер. Это было бы очень кстати. — Он нахмурился, изображая недовольство. — Шампанское, вы сказали? Надеюсь, мне не придется за него платить!
Все засмеялись. Затем Халл сказал: