Костя встал из-за журнального столика, шатаясь, добрался до постели. Тяжелые веки прикрыли глаза, мужчина крепко заснул.
Соня проспала почти до обеда. Беспокойная ночь вымотала девушку, а мама с младшей сестрой ходили утром на цыпочках, чтобы ее не разбудить.
Семья жила в трехкомнатной квартире, и Вера, как звали Сонину мать, отдала обе спальни дочерям. Мирно жить в одной комнате у них не получалось, или старшая Соня возмущалась на клацанье клавиатуры поздней ночью, или младшая Аля жаловалась — Софья опять пол ночи читала, и я не выспалась перед университетом.
По-хорошему, квартиру следовало разменять и отдать хоть часть долга кредиторам. Ведь если с банками удалось договориться и рассчитать платежи, то с частными лицами приходилось без конца судиться. «Друзья» покойного отца семейства предъявляли все новые настоящие и мнимые долги. Что-то отсуживали, и в семью постоянно наведывались приставы.
Это не говоря про угрозы и запугивания, уже неофициальные. Звонки коллегам и соседям, перехват всех счетов вплоть до Алиной стипендии. На юриста не было денег, и проблемы ходили по кругу. В такой ситуации что угодно продашь.
Но жилплощадь была оформлена на мужа свекрови Веры, и та категорически не желала прощаться с квартирой сына. Правда, платила за нее она сама, успела при жизни сына-бизнесмена скопить кубышку на счету его отчима. Махровый подкаблучник Иван Палыч формально не имел отношения к погибшему и его долгам. По факту же распоряжалась всем бабушка девочек.
Когда был жив отец Сони, жизнь семьи была полной чашей. Они имели домработницу, много путешествовали. Мужчина был наделен предпринимательской жилкой, раскрутился в девяностые и держался на плаву в новом веке. Во только после его смерти оказалось, развивал дело он не только на свои. Занимал, брал кредиты, сам давал друзьям ссуды. А в последние годы почти каждый из них хотел поиметь с Веры и дочерей кусок пожирнее. И отвертеться от своих обязательств.
Соня проснулась от телефонного звонка.
— Сонька, ты чего не в Шатре? — вместо приветствия завизжала Римма.
— Да я не планировала… Ты же не говорила… — хрипло ответила Соня, пытаясь собраться с мыслями.
— Сама могла бы догадаться! Мне после пятницы отлежаться надо, сегодня вечером опять жара. Давай бегом сюда, через час придет мастер чинить за сценой проводку. А то скоро сгорим тут, ой-й!
Римма отключилась, толком не выслушав ответ. Софья села на постели.
Воспоминания о вчерашнем дне угнетали. Сначала неловкая ситуация с Костей, потом кошмар с отцом. Неужели детская страшилка реальна, и ее действительно ищут? В прошлом сне папа советовал ей не разлучаться с семьей, сейчас гонит из дома. Но скрыться сейчас нет никакой возможности…
Соня наспех оделась, толком не причесалась даже и побежала в клуб ждать электрика.
Константин еле дожил до обеденного перерыва. Еще утром он решил, к черту еду, за час он успеет смотаться до Шатра и узнать, что опять приключилось с Соней. По субботам он принимал в центре диагностики, сравнительно близко с парком, где стоял клуб Риммы.
Мужчина толком не спал, его распирали тревога и любопытство. Действительно ли он вновь услышал Сонин призыв? В порядке ли девушка? Костя не сможет нормально спать и есть, пока не узнает ответы на эти вопросы.
Соня проводила специалиста по электричеству к сцене. Хотелось кофе или хотя бы горячего чая, уже обед, а она не завтракала. Девушка направилась в служебку, есть у всех на виду за стойкой она не любила.
В холле было спокойно, Вася сидел на одном из черных сидений и играл в телефон. Соня прошла мимо рецепции, поравнялась с гардеробом. Дверь хлопнула, и буквально через пару секунд ее развернули сильные руки.
— Соня!
Константин смотрел на нее шальными глазами и продолжал сжимать ее плечи. Соня не знала, радоваться или пугаться, что это он.
— Все нормально? — требовательно спросил мужчина.
— Да… — Софья смотрела холодно. — А у тебя?
На лице Константина появилось облегчение. Потом он вдруг улыбнулся.
— Видимо, нет.
Не особенно доверяя этой закрытой девушке, Костя внимательно ее оглядел. Светлая футболка с длинными рукавами, порванные на коленке джинсы. Вряд ли это следы насилия, скорее модный штрих. Нежная кожа в прорези волновала… Как и весь ее трогательный вид без макияжа и с взлохмаченными волосами.