— Хорошо. Но не зови меня больше учителем.
Он протянул ей руку, глаза потемнели:
— Ты готова к первому уроку?
Сиана встала , не двигаясь, чувствуя, как кожа горит изнутри. Её губы ещё дрожали. Сердце грохотало. Он приблизился медленно, словно давая ей последний шанс отступить. Но она не сделала ни шага назад.
Его пальцы сомкнулись на её подбородке, приподняли. Он смотрел в её глаза, будто пытался заглянуть прямо в суть.
> — Это будет больно. Не телом. Силой. Она будет рвать тебя изнутри, если ты не научишься её направлять. Но сейчас… тебе нужно только чувствовать.
Он наклонился, его губы скользнули вдоль её щеки, потом ниже — к уху. Его дыхание обжигало.
> — Закрой глаза. Дыши. И слушай своё тело.
Сиана повиновалась. Сердце стучало где-то в горле, между бёдер разливалось горячее покалывание. Его руки скользнули по её талии, прижали к себе. Она чувствовала, насколько он твёрд, насколько сдержанно напряжён. Это возбуждало до дрожи.
Он медленно расстегнул пуговицы на её рубашке, одна за другой, так медленно, что у неё перехватило дыхание. Когда ткань раскрылась и он провёл ладонью по голой коже под грудью, она застонала — тихо, неосознанно.
> — Вот так. Магия шевелится. Чувствуешь?
Он опустил голову, обвёл губами её сосок, сперва легко, потом втянул его, обхватив языком. Тело дёрнулось, и по комнате пронеслась едва уловимая вибрация — воздух заискрился.
> — Это ты. Это твоя сила, — прошептал он, чуть прикусывая.
Её ноги подогнулись. Он легко поднял её, усадил на край стола, расставив колени. Подол её юбки задрался, оголяя бёдра. Он стоял между ними — горячий, высокий, напряжённый.
> — Сейчас будет жарче.
Сиана сидела на краю стола, дыхание сбивалось, кожа горела — будто всё тело превратилось в чувствительную ткань, обнажённую перед самим воздухом.
Пульс — не в груди, а между бёдер. Щёки — багровые, как после бега. Мысли — спутанные, вязкие, словно тянулись сквозь сладкое наваждение.
Когда он вошёл в неё пальцами, мир сжался в точку. В точку внутри неё.
Сначала было неловко — тело напряглось, но потом он провёл кончиком пальца по внутренней стенке так, будто точно знал, что ищет, и Сиана выгнулась, зацепившись ногтями за край стола.
Её бёдра дрожали, мурашки прошлись по позвоночнику. Она не знала, что сильнее — волна жара или вспышка стыда. Всё переплеталось. Грудь тяжело вздымалась, рубашка уже почти свисала с плеч, обнажая её, а он — смотрел. Спокойно. Жадно.
— Всё тело откликается, — произнёс он, как будто комментируя научное наблюдение. — Удивительно… как быстро ты учишься.
Он наклонился, его губы коснулись внутренней стороны её бедра, чуть выше колена. Она вздрогнула. Потом — чуть выше. И ещё. Горячее дыхание. Его язык.
Сиана вцепилась в край стола, спина выгнулась, губы раскрылись, но голос застрял в горле. Он ласкал её медленно, с наслаждением, и всё внутри пульсировало — в унисон, как магический поток. Она чувствовала, будто её органы света сами становятся проводниками силы.
— О, боги… — выдохнула она, и в тот момент, когда его язык скользнул выше — чуть внутрь — по полу пробежала вибрация. Полки заскрипели, будто дерево откликалось на её напряжение.
Магия снова рванулась наружу, будто живая. Сиана почти потеряла ощущение тела — только тепло, трепет, взрыв где-то в животе, под сердцем, между ног. Она дрожала. Слёзы навернулись сами собой — от переполняющего ощущения жизни, силы, страха и чего-то древнего, пробуждающегося в ней.
Он поднялся, посмотрел на неё — вся разлохмаченная, с обнажённой грудью, приподнятой юбкой, лихорадочным блеском в глазах.
> — Ты не просто сильная, Сиана, — произнёс он почти шёпотом. — Ты прирождённая магия.
Он провёл пальцем по её губе. Она дёрнулась от этого прикосновения, но не отпрянула. Губы раскрылись сами.
> — Сила идёт не из ума, — продолжал он. — Она в тебе. В теле. В крови. В каждом дрожащем мускуле.
Он наклонился, поцеловал её — не нежно, а властно, глубоко. Язык прошёл внутрь, пробуя, захватывая. Она отвечала — неумело, но жадно, будто в ней что-то ломалось и перерождалось заново.
Когда он отстранился, дыхание обоих сбилось.
Сиана молчала. Щёки пылали. Но внутри было… не только возбуждение.
Там было пробуждение.
Словно мир, который она знала, распался на куски — и вместо прежней себя появилась другая. Сильная. Стыдящаяся....
Он отступил на шаг. Взял в руки её подбородок, заставив посмотреть в глаза.