Сиана украдкой наблюдала за ним, внутри растущим комом множились вопросы:
Почему он появился?
Почему вмешался?
Почему он злится?
Куда он её везёт?..
Но она молчала. Не смела нарушить этот хрупкий баланс между ними. Слишком опасно. Слишком… неясно.
Карета замедлилась.
За окном показались величественные ворота и за ними — огромное здание, окружённое садами и старинными фонарями. Каменные колонны, широкая лестница, высокие окна. Дом, от которого веяло могуществом. Дом, который точно принадлежал не обычному человеку.
Карета остановилась.
Глава 12. Без маски.
Глава 12. Без маски.
Сиана вздрогнула — она не заметила, как пролетело всё время в этом странном молчании. Ваэр не открыл глаз, но по напряжению в его плечах было понятно — он не спал ни секунды. Напротив, с каждой минутой от него исходило всё больше сдержанной ярости. Не бурной — опасно тихой, глухой, холодной, как шторм, надвигающийся со стороны скал.
Он распахнул дверцу первым, не дожидаясь лакея, и вышел. Потом — обернулся и протянул ей руку.
— Выходи, — коротко.
Сиана молча вложила ладонь в его. Его пальцы были холодны, но сжали её руку крепко, будто напоминая: ты здесь. И ты — моя.
Они стояли у подножия каменной лестницы, ведущей к величественному особняку. Дом возвышался над ними в полумраке — строгий, с резными окнами и потемневшими от времени балконами. Несколько фонарей у входа мягко светились золотом, освещая резные двери и массивные колонны.
Воздух был прохладным, пахло соснами, влажной листвой и чем-то терпким — ароматом, который Сиана теперь невольно начинала связывать с ним. Она прижала пальцы к груди, чтобы унять странное, неровное дыхание.
Они поднялись по ступеням. Ваэр открыл дверь сам. Без предупреждения — как человек, которому не нужно спрашивать разрешения в собственном доме.
Сиана шагнула за ним.
Дверь за ними закрылась мягко, почти неслышно. Внутри было полутемно. Дом встретил их глубоким, бархатным полумраком, лишь в нишах на стенах мерцали теплые огоньки магических светильников. Потолки были высокими, воздух — прохладным и чуть пряным, пахло деревом, воском и чем-то травяным, почти успокаивающим.
Сиана сделала шаг вперёд, не зная, куда смотреть. Всё здесь было одновременно величественным и странно личным. Ковры под ногами приглушали звук шагов, а каменные арки уходили в тень, как будто пряча что-то важное.
Ваэр молчал. Он шёл рядом, чуть позади, не отпуская её руку. В его прикосновении не было мягкости — только напряжённая, горячая решимость, будто он держал не просто её ладонь, а контроль над собой.
Сиана почувствовала, как от него исходят волны силы. Не яростной, как раньше, а — глубокой, вязкой, как бездонный водоворот. Она не могла понять, что с ним происходит, но сердце у неё забилось чаще. Её собственная магия дрогнула — как будто что-то внутри отозвалось, отразилось на этой вибрации, разбудилось.
Они свернули в сторону, миновав несколько широких залов. Ваэр не говорил ни слова, не объяснял, куда ведёт её. Только его пальцы по-прежнему обжигали кожу — он не отпускал.
Сиана хотела спросить, что происходит. Зачем он её сюда привёз. Почему он снова рядом — после всей этой холодности. Но в груди застряло нечто острое, не дающее выдохнуть, и слова просто не выходили наружу.
Он открыл дверь в одну из комнат.
Мягкий свет от очага заплясал по стенам. Здесь было совсем иначе — уютнее, теплее. Плотный ковёр, кресла, книги на полках, высокие окна, скрытые плотными шторами. Закрытое пространство, где воздух был гуще, чем снаружи.
И где всё изменилось.
Ваэр развернулся к ней. Его глаза были как лед, сквозь который вдруг прорвалась трещина. Сиана не успела ничего понять.
Он сделал шаг — один, потом второй. И уже в следующую секунду его руки были на её щеках, его дыхание — слишком близко, а губы накрыли её губы с жадностью, от которой перехватило воздух.
Поцелуй был не просто резким — он был голодным. Отчаянным. Таким, как будто он провёл в пустыне долгие месяцы, и она — его вода, его спасение, его единственный путь остаться в живых.
Сиана вздрогнула, но не отстранилась.
Её пальцы дрогнули, едва коснувшись его рубашки. Всё внутри неё закричало, вспыхнуло, затопило. Он целовал её так, будто боялся, что в следующий миг она исчезнет. И в каждом его прикосновении было столько запретного, сдержанного слишком долго, что она перестала дышать.