Сиана ощущала, как внутри всё всё ещё пульсирует — от него, от того, как их магии соприкоснулись, сплелись, как будто не только тела, но и сущности стали единым.
Она не хотела говорить. Не хотела шевелиться. В этой тишине было что-то священное.
Но сердце уже подталкивало — ей нужно было понять. Услышать. И она медленно приподнялась на локте, всё ещё касаясь его.
— Почему ты… — её голос был хриплым, тихим, — …так исчез? Почему снова стал холодным?
Он посмотрел на неё снизу вверх. Глаза тёмные, серьёзные. И в них была та же беззащитность, что и в пальцах, что всё ещё лежали на её талии.
— Потому что я испугался, — тихо ответил он.
— Меня вызвало руководство, — сказал он. — Несколько дней назад.
Она не перебивала. Только продолжала смотреть.
— Они спросили о тебе. Прямо. Кто ты такая. Почему так часто бываешь у меня в кабинете. Почему ночевала там. Какие у нас отношения. — Он выдохнул. — Я солгал. Сказал, что ты просто ученица. Что я лично контролирую твою магию из-за нестабильности. Что ты... слабая. Что нуждаешься в опеке. Я наврал всё, что только мог.
Сиана сжалась. Было страшно слушать. Но она молчала.
— Они начали подозревать, — продолжил Ваэр. — Слишком сильный выброс магии был той ночью. Слишком многое сошлось. Они готовы были начать расследование. Приказали держаться от тебя подальше. На время.
Он провёл рукой по лицу, словно стирая остатки напряжения.
— А Лиссара? — спросила Сиана наконец, почти шёпотом. — Ты ведь позволил ей стоять рядом. Все видели…
Ваэр усмехнулся горько:
— Это не я позволил. Это мои родители. Они объявили о помолвке. Без моего согласия.
— И?
— Я отказался. Резко. Грубо. Почти разнёс кабинет, — в его голосе мелькнула тень ярости. — Они не стали настаивать, но… попросили подождать. Сыграть в приличия. Чтобы не разрушить связи. Лиссара — наследница влиятельной семьи. Любое оскорбление отразится на всём роду.
Он подался ближе и прошептал, почти касаясь губами её виска:
— Я выбрал тебя задолго до того, как понял это.
Сиана всё ещё молчала, но взгляд её не отпускал его. Тогда Ваэр заговорил тише, будто исповедовался.
— Я пытался отстраниться. Правда. Думал — смогу пережить. Переключиться. Раствориться в работе, в магии, в долге. Но это было как пытаться дышать под водой.
Он усмехнулся без радости и покачал головой:
— Сиана, я сходил с ума. Мне казалось, я ощущаю твою магию даже сквозь стены. В пустой комнате слышал твой смех. В снах — твои глаза. Не мог выкинуть тебя из головы. Не хотел, но и не мог удержать рядом.
Он опустил взгляд и продолжил, уже почти шепотом:
— После той ночи в кабинете… Я не спал. Не ел. Не жил. Только существовал, потому что должен был. Каждый шаг — как будто в разломе. Каждое утро — без тебя. А вечерами, когда я видел, как ты проходишь мимо и не смотришь… я чувствовал себя ничтожеством. Потому что сам оттолкнул. Сам.
Он вдруг резко посмотрел на неё, как будто хотел, чтобы она почувствовала всё это кожей:
— Я злился. На тебя. На себя. На всех. Потому что мне не разрешили выбрать. А я уже выбрал. Ты — мой выбор. Единственный.
Он протянул к ней руку, коснулся её ключицы, медленно, словно боясь снова потерять:
— Когда я увидел тебя на балу, в том платье… Я не дышал. Все смотрели на тебя — и я хотел разорвать любого, кто даже думал подойти. Но должен был стоять рядом с Лиссарой, будто она — часть моей жизни. Это было мучение. Невыносимое.
Он на мгновение закрыл глаза:
— Я больше не могу притворяться. Ни дня. Ни часа. Всё, что было сегодня между нами… Я ждал этого, жаждал, мечтал. Не тела даже — тебя. Твоей близости. Твоей души.
Сиана не ответила сразу. Она смотрела на него, а сердце стучало медленно, будто боялось спугнуть эту правду.
Просто потянулась к нему — как к чему-то родному, давно утраченному и вдруг снова найденному. Ваэр не двинулся, не дышал, пока её пальцы не коснулись его лица. И тогда он закрыл глаза, склонился лбом к её лбу, и весь мир снова сузился до этих двух точек: он и она.
Тишина окутала комнату. Магия между ними больше не бурлила — она дышала ровно, спокойно, как сердце, которое больше не нужно сдерживать.
Так и остались: в свете потухающего камина, на меховом ковре, сплетённые тишиной и недосказанным.
Глава 13. Тонкая грань
Глава 13. Тонкая грань
Сиана проснулась не сразу. Сначала пришло ощущение тепла — мягкая ткань простыней, лёгкий запах трав и древесной смолы, отголоски ночной близости, всё ещё пульсирующие в теле. Но когда она протянула руку в сторону, где был Ваэр… её пальцы коснулись только прохладной ткани.