Он ощущал её магию, как слабый огонёк в груди. Незаметный, но живой. Пока она здесь — всё было под контролем. Временно.
Он встал, прошёлся по кабинету, остановился у окна. Двор ещё был пуст. Никакой тревоги. Только усталость. Только ночь, которая никак не хотела уходить.
Он закрыл глаза.
И вдруг —
удар.
Будто что-то вырвали изнутри. Боль — короткая, острая, раздирающая грудь. Затем — тишина.
Связь исчезла.
Магия — исчезла.
Она — исчезла.
Он отпрянул от окна. Сердце грохнуло в груди.
— Нет… — сорвалось из губ.
Схватил одежду с вешалки, вылетел из кабинета, перескакивая через ступени. В жилом крыле было пусто. Никто не видел, как он шёл. Никто не пытался остановить.
Он добежал до двери, распахнул её — резко, с силой, как в бою.
— Сиана! — его голос хлестнул воздух.
Комната была пуста.
Постель не тронута.
Окно закрыто.
Никаких следов.
— Сиана!.. — громче. Уже вглубь комнаты.
Он шагнул вперёд — и вдруг заметил: на второй кровати — силуэт.
— Эльна?! — он подошёл быстро, почти подскочил.
Она вскинулась, зажмурившись от резкого света.
— Ч-что?.. — её голос дрожал. — Кто?..
— Где Сиана? — он держал её за плечи. — Где она?
— Я… я не знаю… — испуганно. — Мы легли спать… Она была тут…
— Когда ты в последний раз её видела? — резко спросил он.
Эльна замолчала, смотрела на него круглыми глазами.
— Вчера вечером… после проверки… Мы легли… Я заснула…
Он встал. Снова оглядел комнату.
Магия — пусто.
Следов — нет.
Ничего.
Он повернулся к двери.
Лицо — стальное.
Внутри — шторм.
---
Ваэр двигался, как хищник, сорвавшийся с цепи. Быстро. Бесшумно. Без остановок. Он знал каждый угол Академии, каждый проход, каждую щель между официальным и запретным.
Проверил всё: подвалы, чердаки, технические залы, старые учебные блоки, пустующие аудитории. Даже запретные лаборатории, доступ к которым имел только Совет. Он врывался туда без предупреждения. Если двери не открывались — ломал.
Его не останавливали. Не смели.
Он шёл, пока в висках не начала стучать боль. Пока руки не начали дрожать от напряжения. Пока не понял — здесь её нет.
Значит, вывели.
Он вернулся в жилое крыло. Эльна сидела на полу у двери, обхватив колени. Бледная, растерянная.
— Никто не приходил, — прошептала. — Никто её не звал. Не было шагов. Не было звуков. Как будто она просто… исчезла.
— Она не исчезла, — отрезал Ваэр. — Её забрали.
Он замолчал. Стиснул кулак — кожа на костяшках побелела.
Он знал, кто мог это сделать.
Но доказательств не было. Пока.
Всю оставшуюся часть дня он провёл в поисках. Допросы. Давление. Стража, архивариусы, смотрители — он не щадил никого. Даже старших. Даже тех, кто давно был вне игры. У каждого — вопросы. У каждого — угроза в голосе.
Он пытался почувствовать её магически — ноль. Пустота.
Словно её вырезали из мира.
Но он не сдавался.
Ночью он вернулся в свой кабинет, только чтобы на мгновение прикрыть глаза. Тело не выдерживало. Но разум работал. Снова и снова перебирал возможные ходы, маршруты, имена.
Он не позволял себе думать о худшем.
Он искал.
---
Первую ночь он не сомкнул глаз.
Ходил по коридорам, не чувствуя времени. Сердце било в горле. Он снова и снова поднимался к её комнате, надеясь — вдруг… вдруг всё оказалось сном, бредом, ошибкой.
Но дверь оставалась закрытой. Эльна не спала, сидела, свернувшись в угол, отвечала одно и то же:
— Я не знаю, когда она ушла. Я не слышала…
Он слышал это десятки раз. И всё равно спрашивал. Спрашивал — потому что не мог поверить, что Сиана могла исчезнуть вот так — совсем — без следа, без звука, без отклика. Без магии.
На рассвете он был у Тайной стражи.
Требовал.
Но в ответ — тишина. Записи — пустые. Сторожа — ничего не видели. Магические следы — не зафиксированы.
Слишком чисто.
Слишком аккуратно.
Словно кто-то заранее подмёл за собой каждый шаг.
---
Вторую ночь он провёл в подземных залах. Обнажённые стены, сквозняк, древние магии, которых не касались сотни лет. Тело с трудом держалось — тошнота, слабость, руки дрожали. Но он продолжал.
Он искал след. Хоть что-то.
И ничего не находил.
На третий день он уже не выглядел как преподаватель. Щёки впали, глаза горели. Пальцы были в ссадинах — разбил кулак о стекло. Ладонь порезана, он даже не заметил. Только когда кровь капала на пол — остановился.