– Тебе не внушает восхищение то, что такая маленькая женщина, как Сьюки, вмещала в своих руках столько силы? Держать в руках ножницы Судьбы. Решать, кому жить, и кто умрёт, – Анна стояла ко мне спиной, и я уверена, что с завистью смотрела на статую.
– Нет, потому что им всем в роду написано сумасшествие. От такой силы люди сходят с ума, даже те, чьи тела предназначены для неё, – мой ответ был прост и правдив. Нельзя обладать всем и сразу. Хочешь быть выше всех — так жертвуй частицей себя. И так кусок за куском, пока от вас ничего не останется. «Мне тоже стоит бояться?» — шепчет маленькая девочка внутри меня. Та, что так любила своих родителей, та, что пока не познала вкуса предательства и потери. Мама говорила мне, что человеку дается лишь один день, чтобы свыкнуться с мыслью потери. Кто-то умер, но твоя жизнь идёт дальше — это непреложное правило. Никто не знает, что в твоей голове, какие мысли тебя одолевают ежеминутно и как внутри тебе больно, но внешне ты обязан держаться, чтобы, не дай судьба, кто-то подумал, что тебе нужно его сочувствие, соболезнование или помощь.
– Хм… – Анна повернулась ко мне. – Это факт только со стороны нашей истории, ведь её поколениями пишут люмины. Как всё у них происходит на самом деле – не ясно. Сумасшествие как следствие сопряжения с материей? Чем больше ты ей сопротивляешься, тем выше шанс потерять себя внутри. Вот это имеет смысл.
– Возможно, ты права. Может быть, при выпуске ты станешь тем люмином, который возглавит изучение рода Шу? – мы залились смехом. Такие речи о возможностях и будущем были нашим приветствием на протяжении всей нашей дружбы. Зачем говорить эти бессмысленные «привет» и «пока», когда можно дать друг другу тему, над которой стоит задуматься?
– А теперь о грустном. Что вчера произошло? Как ты могла пропустить удар от сучки Тарн? Ты серьёзно? Тебя же ещё до нексора повысили, моё удивление словами не передать, – она скрестила руки на груди, в глазах сверкали весёлые огоньки, а губы изогнулись в усмешке. Моё повышение тоже сильно ударило по ней. Ведь в будущем мне предстоит выбрать тех морисов, которые войдут в мой отряд. Но это разговор не сегодняшнего дня.
– Всё как обычно, – я обняла её за плечи, встав на носочки перед этим, и повела к лестнице на второй этаж, так как хотела потренироваться в зале стрельбы. – Она раскрыла свой рот и получила в глаз, с каждым бывает.
– К этой сумме и тебя приплюсовать?
– Пока не списывай меня со счетов, это была неожиданность даже для самой Астрид. Будто сама Судьба захотела, чтобы я получила в нос, вот и всё, – этими словами ставлю точку в обсуждении моего вчерашнего почти провала.
Дальше мы держали путь в задумчивом молчании. Но вдруг я вспомнила сообщение, которое натолкнуло меня на множество вопросов.
– Кстати, ты писала о том, что всё узнала благодаря Теодору. А он откуда мог узнать? Мы с ним не разговаривали и не виделись четыре дня, – эта странность никак не выходила у меня из головы. Знаете, бывают ситуации, когда ваш мозг кричит вам обратить на что-то своё внимание, так называемая интуиция? Ситуация с Теодором и его осведомленностью о моих провалах меня не особо радовала. Мы росли с ним в одном районе, в домах напротив. Делили одни и те же игрушки, потому что капитан Рейсер не разбирался в том, что нужно шестилетней девочке. И как следствие, мы стали с Тео друзьями, пока с моей стороны не появилось желание начать с ним что-то большее. Пока у меня не хватало смелости, чтобы спросить. Но мы всегда были ближе, чем обычные приятели. Можно даже это назвать дружбой с привилегией.
– Не знаю, откуда он узнал, спроси его. Ты не отвечала ни на сообщения, ни на звонки. Моим долгом было обзвонить места упокоения тел в центре Астраля, но думала, что надежнее всего будет Тео, – Анна говорила быстро, пуляла в меня словами, будто стреляла из плазматической пушки с переменным напряжением.
Я не успела ей ответить. По всей военной академии зажглись красные огни тревоги. А сигнализация пела гимн. Следующие слова прозвучали из рубки оповещения:
«Всем хифэ-фаталис и нексорам собраться в зале стратегической подготовки! Повторяю, хифэ-фаталис и нексоры, следуйте в зал стратегической подготовки!»
Лицо Анналены побледнело, а я без прощания рванула к гравитационному лифту. Всегда ненавидела эти штуки. Но сейчас это самый быстрый вариант. Судьбой клянусь, если это просто проверка, то кому-то прилетит ногой в лицо. Как только вошла в лифт, за его дверями начался хаос. Морсы в панике выбегали из рукопашного зала и, а потом из здания. Вдалеке я увидела Анналену, которая спокойно продолжала свой путь на второй этаж.
Через мгновение я прохожу в зал стратегий и первым вижу красное лицо Рейсера. Паника медленно, но верно начинает обвиваться вокруг моих нервных клеток, заставляя действовать моё тело. Двигаться, бежать, а потом спрятаться. Но разум борется с этим всплеском адреналина. Сажусь на самый верхний ряд трибуны, где открывается хорошо просматриваемый вид и такие же шансы выйти из лектория первой.
В зале не было никакого порядка для рассадки. Занятия по стратегии обычно проходят потоки с одинаковыми званиями. Но сейчас здесь собрались три вида военных: хифэ-фаталис – наши воины, хифэ-нексор – командующие, и люмины… во главе с Лисандером Кьергарденом. Вот теперь мне понятен цвет лица Джея.