Лиз, похоже, даже не до конца понимая, что я сказал, рефлекторно выполнила команду и замерла по стойке смирно.
— Кей, что…
— Молчать! — скомандовал я, приложив пальчик к слегка распухшим от поцелуев губкам.
Я осмотрел мою девочку, распущенные волосы, непонимающее выражение личика, блузка с костяными пуговками, юбка чуть короче колена, и замечательные чулочки, красиво, продолжим.
*** Небольшой эксперимент, от лица Лиз***
— Нагнись! — прозвучал приказ, хлыстом ударив по, натянутым до предела, нервам.
Что происходит? Почему Кей стал так груб, ведь я уже… Почему он, так командует, я хочу его, прямо сейчас, а он, но я действительно обещала слушаться, и я буду держать обещанье, хоть это и так больно.
Я медленно наклонилась, как и просил любимый.
— Не тут, — послышался несколько недовольный, но такой дорогой сердцу голос. — Над столом.
Что над столом? Но там, же йома распят, а мне сейчас хочется прикасаться вовсе не к йома. Но не выполнить — значит ослушаться, а я этого не хочу.
— Мне долго ждать? — Спросил он, чуть дернув уголком губ в улыбке, такой милой…
— Нет, — промямлила я отчего-то пересохшим горлом.
Подошла вплотную к столу, выбирая место, где бы, не было туши йома, но он оказался слишком большим, а взгляд любимого все более требовательным. Поэтому я опустила ладони на живот монстра, в ту же секунду ощутив его очаг. Еще недавно пересохший рот наполнился слюной, и мне пришлось приложить усилие, чтоб прямо сейчас не разорвать зубами такую вкусную плоть.
— Ниже, прогни спинку, — довольным голосом скомандовал любимый.
Но теперь я уже поняла, что значат эти команды, он играет, и он тоже хочет меня, от осознания, что скоро я смогу быть с любимым даже щечки заалели, хорошо, что сейчас он их не видит, а почему хорошо? Мне нечего стесняться.
Перебрав руками, я прогнула спинку, призывно оттопырив попку, ну же давай, не тяни…
Горячая ладонь прикоснулась к моим ягодицам, заставив вздрогнуть, но приятное ощущение длилось всего мгновенье, и ладонь стала удаляться, я потянулась следом, не желая прекращать прикосновенья.
— Ай! — взвизгнула я, получив хлесткий удар по попке.
— Я не разрешал двигаться, — припечатал он. — Разденься. Расстегни блузку. Но не разгибайся, мне нравится этот вид.
Опираясь одной рукой об йома, я подтянула вторую под себя и стала расстегивать маленькие неудобные пуговки, одну вторую, ох! Его рука провела по внутренней поверхности бедра и чуть выше, и пусть трение платья о самое сокровенное было не самым приятным, главное в том, что за тканью юбки его рука. Внизу живота вспыхнул небольшой огненный комочек, еще.
— Еще… — Я это вслух сказала? — Ай, — еще один шлепок по попке, надо держать себя в руках, держать.
— Блузка…
А что? Точно, пуговицы, совсем забыла, так еще одна, еще, я чувствую его взгляд, следящий за каждым движением, это так волнительно, а еще грудь каждое касание ткани к соскам отдается волной страстного возбуждения по всему телу. Все расстегнула, ну прикоснись же ко мне, я заслужила награду!
— Хорошо, — горячая ладонь коснулась моей спины под блузкой, прошлась, по позвоночнику, нежно поглаживая, до лопаток и вдруг резко надавила. Так что я прижалась обнаженной грудью прямо к животу монстра, возбуждение, желание, немного боли и такой будоражащий и сводящий с ума запах пищи… Ладошки вспотели, а кончики пальцев пронзил странный зуд. Ритм дыханья участился, я всей душой желала, что бы ко мне прикоснулась и вторая его рука…
И казалось, он услышал мои мысли, я почувствовала, как такая желанная ладонь вновь вернулась на внутреннюю поверхность бедра, вынуждая грубую ткань юбки тереться о такое чувствительно е и сокровенное место. Жаркая волна возбуждения, волной, понеслась по всему телу, опаляя изнутри. Как приятно…
Я облизала, пересохшие, не смотря на близость еды губы. Во рту разразилась пустыня, хотя еще мгновенье назад все было наоборот. Кура любимого все настойчивее гладила мое самое сокровенное место, и я не удержала стона удовольствия, мгновенно перешедшего в разочарованный, когда его руки перестали ко мне прикасаться.
— Я хочу, что бы ты поласкала, свою грудь, — сквозь дурман возбуждения донесся до меня знакомый голос.
— Что?
— Погладь свои соски. — Приказал мучитель.
Чуть разогнувшись, я прикоснулась пальцем к затвердевшему соску, и вздрогнула от пронзившей тело волны возбуждения.
— Сильнее, чего ты ждешь, — подогнал чуть хрипловатый голос.
Зажмурившись, я сильнее сжала собственную грудь, задрожав от удовольствия и не в силах сдерживаться, застонала. Садист!