- Мария! – прокричал Филипп, перебивая шум дождя. - Я больше так не могу!
- Потерпи ещё немного, – слегка обернулась, смотря на изможденного священника. - Если остановимся, то только хуже будет! Нельзя терять время, пока дорога ещё позволяет продвигаться.
Ветер, то и дело срывал капюшоны, метая в лицо крупные капли, а впереди были сплошные долины. Абсолютно лишая какой-либо возможности укрыться, пережидая непогоду, которая, по всей видимости, должна была продлиться не меньше дня. И после ленивой передышки начаться заново.
Серые тучи полностью затянули небо, набухшие, словно клубы грязного хлопка, они нависали над их головами, грозясь вот-вот сорваться и рухнуть на землю. Мрачная погода мрачной осени, каждый следующий месяц которой становился всё холодней и холодней.
Вот только холод был далеко не самым страшным в их грядущем, самым отвратительным была постоянная сырость и грязь. Вся Франция вскоре должна была полностью ими пропитаться, насытиться до такой степени, что становилось тошно и мерзко.
- Ты уверенна, что мы не заблудились? – устало, посмотрел на неё Филипп, совершенно не привыкший к такой тяжелой дороге.
Столько дней в пути и они наконец-то у цели. Десять часов, пасмурный день в самом разгаре, но сейчас погода для них ничего не значила. Самым главным было абсолютно другое.
- Успокойтесь святой отец, я хорошо помню дорогу. Сейчас преодолеем бугор, и покажется монастырь. Надеюсь, вы помните, как ко мне стоит обращаться?
- Да. Ты у нас Мартин - мой сопровождающий. Уверена, что та девушка всё сделает правильно?
- Более чем, - накрутила Мария на кулак поводья. - Аврора поймёт, в чём загвоздка, когда увидит меня и не станет обращаться неположенным образом. Она очень сообразительная.
- Женщине не положено быть не слишком умной, не слишком сообразительной.
- Она послушница, святой отец. Не думаю, что в ней есть хоть капля какое-нибудь зло, ведь Михаэль так отчаянно защищал её от него, - и тут, Мария замолкла.
Как же хотелось сказать: «Она очень милая и обязательно вам понравится!», вот только Филипп был слишком непредсказуем в своей религиозной фанатичности. И больше всего ей сейчас было страшно услышать: «Её красота – козни Дьявола! Женщина не должна быть настолько прекрасна, чтобы сбивать с толку мужчин своей внешностью!»
- Филипп, вы о Крамере слышали?
Решила зайти издалека, пытаясь определить границы его одержимости, ведь в том, что касалось её Филипп, уже давным-давно их перешел.
- Конечно! – воодушевлённо заблестели его бледно-голубые глаза. - Он один из величайших охотников на ведьм. Я далеко не один раз читал его буллу и считаю её достоянием католического церкви! А что, он тоже контрактор?
- Нет. Он простой человек, - сквозь силу улыбнулась Мария, прекрасно понимая, что об этом человеке в присутствии Филиппа нужно говорить либо хорошо. Либо ничего... – Просто очень хорошо, что вы знакомы с его трудами. Это может нам очень понадобиться, - достала кусок ткани, перевязывая один глаз. – Вот. Думаю так куда лучше.
- Что это ты делаешь? – непонимающе изогнул Филипп бровь.
- Готовлюсь к встрече с аббатисой. Прошлый раз она видела меня в совершенно другом образе. - Сейчас мой голос немного изменится, - достала бурдюк из сумки. - Не пугайся.
- Хорошо, - ничуть не удивившись, Филипп, наблюдал за тем, как Мария с отвращением отпивает содержимое.
* * *
Остановив лошадей у ворот, священник просунул в проходное окошко конверт с печатью ордена, позволяющее им без каких-либо преград войти на территорию аббатства.
Не смотря на то, что Мария оставила его чуть больше месяца назад, сейчас всё казалось абсолютно чужим и незнакомым.
На этот раз им не пришлось ждать аудиенции с аббатисой. Не прошло и десяти минут с того момента, как аббатисе отнесли письмо и до того, как она позволила им зайти в храмину.
Рабочий кабинет аббатисы располагался едва ли не в самых его недрах. Заставляя их пройти насквозь через всё здание.
Шаря взглядом по знакомым коридорам, Мария надеялась увидеть Аврору, но среди наводящих порядок монахинь её не было.
Постучав в массивные двери, они оказались в просторной комнате по обеим сторонам которой стояли огромные стеллажи с книгами, а в самом центре напротив окна огромный стол, заваленный бумагами.
Встав из-за него, их встретила незнакомая женщина сорока лет:
- Здравствуйте. Я прочла письмо, - сложила в замок руки, подходя к Филиппу с едва заметной приветственной улыбкой. - Так значит вы прибыли сюда, что бы забрать нашу послушницу, святой отец?