Я как статуя из музея, искусно оттянула бедро влево, рукой наваливалась на дверцу шкафа. Все важные женские стратегически важные места были четко выделены. Похожа на Розу, соблазняющую мужчину — своего господина. Но пальцы на двери шкафа сильно дрожали и чтобы скрыть этот факт, постукивала ноготком, будто раздраженно. С намеком, как посмели нарушить мой покой.
После нескольких минут тишины и грозных шагов Карателя, руку устала держать, но терпела до последнего, пока телефонный разговор не завершился.
Под внимательным, тяжелым взглядом вожака хотелось испариться, рассеяться дымкой в воздухе, но пришлось строго смотреть, не смея опустить взгляд покорно в пол, как требовалось смертному человеку при виде представителя высшей расы.
Никто не смел нарушить молчание. Ни Каратели...ни мы.
— Уходим! — гневно отдал приказ Каратель с белой бородкой.
Пока остальные послушно отступали прочь из комнаты, он по-прежнему смотрел на меня с предупреждением.
— Интуиция подсказывает, мы еще встретимся с тобой в более интимной обстановке. — произнес мужчина, а потом подарил многообещающую улыбку, насквозь пропитанную желчью, и подмигнул напоследок, прежде чем последним выйти из комнаты. — Нам будет весело!
Прозвучало, как обещание или проклятие. Тетя ушла проводить работников службы, а я отняла онемевшую руку от дверцы и присела на пол, скрестив ноги в позе лотоса.
Живы...живы...мы живы!
Постучала костяшками кулака по дверце Артема, тогда же Катя вошла в комнату, оглядывая стеклянным взглядом помещение.
Дверца приоткрылась и оттуда вывалился друг. Сверху у него на голове моя кофта, которую поспешно скинул с себя едва вылез.
Тетя присела на одну из кроватей и монотонно, глядя в пол, произнесла:
— По моему личному тесту на «адаптацию к человеческому миру» по пятибалльной шкале — присуждаю десять баллов! Даже я не решилась бы перечить Карателю!
Веселье тети я не разделяла, чувствовала, как ночнушка намокла от пота, лоб покрылся испариной и ледяные пальцы, прислоненные к коленям, сильно дрожали.
Глава 24
POV Диана
Я плохо спала той ночью, скорее не спала, а рассматривала любимые черты Артема.
Артем лежал на подушке, закинув руку за голову, и тихонько посапывал. Больную ногу согнул в колене, поставив на кровать, вторую спокойно уложил горизонтально. На белой повязке, скрывающей рану, вновь проявилось кровавое пятно. Чтобы успокоить, взвинченного Клейменного заставили выпить его изрядную дозу алкоголя, только тогда он нашел спокойствие и забылся сном.
А я всю ночь сидела на ковре перед кроватью и разглядывала черты Артема. Руку положила на матрас, а на нее лицо, и смотрела на Артема. На его полуобнаженность мало обращала внимания, но черты лица очень тщательно изучала. Как будто запоминала. Он выглядел расслабленным и беззащитным.
Не оставляло ощущение надвигающейся катастрофы или волны-убийцы, движущейся на наш остров.
Это ведь я? Да? Это я — причина всех его бед? Это ведь из-за моего проступка, его жизнь скатилась с обрыва и разбилась. А он отчаянно сопротивлялся, пытался подняться по этому обрыву, но безуспешно, съезжал вниз.
Тетя разрешила оставить Артема на некоторое время, пока не найдем съемное жилье. Что делать-то? Как нам дальше жить? Я не хочу больше видеть блестящий от испуга взгляд.
Запереть его на всю жизнь в квартире? На острове он не выживет без людских эмоций. Его кожа иссохнет, скукожится, произойдет обезвоживание организма.
Я много размышляла той ночью.
А наследующее утро, когда уставшая Алина пришла с работы, стряхнув с роскошных, темных волос шапочку снега, я как на духу выложила:
— Алин, в день вашего свидания, Гектор пп...при..приставал ко мне.
Подруга успела скинуть куртку, сейчас снимала сапоги, расстегивая молнию. Тяжелый взгляд из-под ресниц подняла вверх, потом опустила опять вниз на обувь. Сняла сапоги, бросив на коврик. Те с глухим стуком упали, нарушив временное молчание, воцарившееся между нами. Затем послышался удовлетворенный выдох от подруги, разбавивший тишину.
— Ой...клиенты сегодня с ума посходили в боулинге. То им подай, то отдай. «Две папиросы у нас в пепельнице!!! Представляете, две! Уберите эту грязь! Что за обслуживающий персонал!» — насмешливо рассказывала подруга, будто моя фраза — это пустой звук... выхлоп, не стоящий внимания.
— Алин, я серьезно! — перебила, но говорила тихо, чтобы не разбудить измученного Артема и Катю.
— А я очень надеюсь, что ты перестанешь поливать его грязью. Чем он тебе не нравится? Или может наоборот нравится?