Глава 16.
Клементина.– Хочешь выпить? – спросила Карина, вытаскивая что-то из холодильника.– Если у нас есть аммиак, то мне двойной, пожалуйста!Любимая квартира, любимое кресло, любимая соседка и странные мысли в голове.– Ты спать то пойдёшь? Полночь уже.– Боюсь…– Чего? Бабайка под кроватью завелся?– Боюсь, идти в комнату, потому что умру там, либо от счастья, либо от шока. Сама ещё не определилась.– Я от тебя звенею… знай, к себе не пущу, ты пинаешься ночью.– А ты говоришь…– Ну, правильно, только ночью и, получается, поговорить с единственным, адекватным собеседником.– Адекватный? Где адекватный? Опаздывает что ли? – стала острить я, вновь сползая с кресла.– Не петушись! – и тут я обмякла, совсем, – Да что с тобой? По дороге домой и сейчас, ты странная такая. После игры исчезла…Она сейчас переживала, словно мать за ребенка, от чего я прыснула от смеха, а после засмеялась. А может я и не из-за этого так засмеялась, даже не знаю. Нервное.– Я тебе расскажу, только обещай не перебивать.– Обещаю.Два часа спустя.– Мозги, мать его я мять! Это что ж получается, он тебя это…того!– Чего того?– Ну как… того этого!– Этого того чего?– Ну как… того самого!– Этого… того… за этим,… Слушай, у меня мозг уже в косичку заплелся…– Ну,… любит он тебя, вот чего!– Хм-м-м, – задумалась я, с горя пополам откусывая сушёную рыбу.И да, мы «нажрались».Я рассказала примерно минут десять от всей истории, как Карина сказала, что без бутылки это выслушать всё не осилит.– Не хм-м-кай мне тут. Я тебе это как эксперт в любовных соплях глаголю.– Етитькину – колотитькину! Прям эксперт? Настоящий?– Но-но, попрошу без подколов! По крайней мере, побольше твоего знаю.– Это да! С этим не поспоришь.– Кстати, это прям как день Святого Валентина только для тебя одной. Думаю, тебе стоит обвести это число в календаре и праздновать каждый год.– Да уж, праздник. Только вот у этого святого дня, ничего святого!– Ты покраснела…– Отстань…– О, так вы теперь что встречаться будете?– Какое там встречаться. У него, наверное, на каждый день разная. И кстати для чего? Что бы я смогла войти в список неделька? И какой я по счету буду? Пятница?– Ну что ты Робинзон Крузо, расслабься. Не думаю, что он такой уж и бабник, – я посмотрела на неё, говоря только глазами «ты это серьезно?», – Ладно, слухов было до х и выше, но сама посуди, в последнее время с ним никого не видели и газет с очередной куклой больше не появляются.– Так-то оно так, вот только что-то меня всё же гложет…– Отвечу тебе как твоя подруга. Ты слишком много думаешь!– Может ты и права.– Влюбленная Тина, ну надо же…– Я не влюблена, просто, когда его вижу, у меня появляются бабочки в животе…– Точно, бабочки и пельмени, ты доедать их будешь?– Нет, я спать, а то свалюсь прямо здесь.– Да что б меня так любили, как я люблю пожрать! – сказала она, доедая пельмени, что я не осилила.В эту ночь засыпала я без единой мысли в голове.
Алексей.Утро после игры. Кухня.– Ла-ла-ла-ла-ла-ла, всё будет хорошо! – напевал я.– Что это за песни и пляски у тебя с утра пораньше? – спросил Кирилл, читая утреннюю газету и с чашкой кофе. Собственно как и всегда.