О, мама! Ты как всегда, была права! Если бы не я, рассевшийся бароном в своём пальто-шинели возле левой двери трактора (у правой была сломана ручка), отец давно бы спасся, покинув съезжающий в обрыв трактор! А тогда отец крикнул мне, чтобы я первым покинул трактор! Я открыл дверцу и, увидев в нескольких шагах надвигающийся сбоку обрыв с затуманенным дном, оцепенел. Отец попытался было подтолкнуть меня к выходу, но моё злополучное пальто "на вырост", зацепившееся полой за что-то в кабине, не отпускало меня. Папа, сообразив наверное, что скорее всего я сам побаиваюсь выпрыгнуть первым, сбросил с себя ватник и задвинул меня в угол. Сам же, с трудом перешагнув через мои дрожащие коленки, тяжело спрыгнул вниз. Оказавшись сапогами на дороге, он покачнулся, но устоял. Протянув ко мне навстречу руки и заслоняя от меня страшный обрыв своей вздымающейся грудью в матросском тельнике, отец приказал мне немедленно прыгать!
Упасть в крепкие отцовские руки, закрывающие всё на свете, было легко и просто;
я спокойно отцепил пальто от ящика с инструментом, что лежал у меня под ногами, и... прыгнул! На самом деле, отец, не дожидаясь пока я там отцеплюсь, сам вырвал меня из кабины и поставил рядом с собой. Мимо нас сползал вниз огромным недоваренным раком наш "Т-40". Было жутко... Ноги мои дрожали двумя ватными трубами, поставленными на прицепную сеялку, а перед глазами раскручивались и мелькали огненные спицы гигантских колес Сансары...
Отец, сделав затяжной вздох и резкий выдох, поспешил забраться ... обратно в кабину трактора! Я хотел было закричать и незамедлительно броситься вытаскивать его оттуда, сколько бы хватило мне сил! но мне навстречу полетел ящик с инструментом, сапёрная лопатка, огромные гаечные ключи и монтировки! За ними на мою голову набросился отцовский ватник и рукавицы. И я тотчас сообразил, что нужно всё это быстренько подложить под колёса, иначе упрямого отца не спасти!
Дрожащими руками я стал совать и бросать всё, что лежало на дороге, под колёса трактора и прицепа. Сползание замедлилось... Когда под колёса полетел ватник и рукавицы, я вопросительно посмотрел в кабину, мол, бросай мне ещё что-нибудь. Но отец взялся почему-то за руль! О, Боже! И резко крутанул его в сторону! Я обомлел и сорвал с себя тяжелое и ненавистное пальто "на вырост", которое сей же час подбросил под большое колесо, вместе с шапкой. Трактор, словно испугавшись меня, внезапно застрял поперёк дороги...