— Теперь расскажите мне, что происходит.
— Эрнест..., — Клер вдруг поняла, что Ланин ей не рад. Она была настолько уверена, что он ждет ее и примет с распростертыми объятьями, что никак не ожидала вот такого вот выражения лица — сосредоточенно-озабоченного, — Эрнест... Михайлович... Мне нужна ваша помощь.
Он молча разглядывал ее. Глаза его хранили напряженное выражение.
— Я сбежала из дома.
— Почему?
— Я... я все расскажу вам. Я приехала к вам.
Ланин оттолкнулся от двери и прошелся по комнате. Клер не могла бы сказать по его лицу, рад он такому повороту событий или наоборот, готов отправить ее обратно.
— Клара Ивановна, — Ланин резко обернулся к ней, — это лучшая гостиница города. Вчера последним поездом сюда прибыл мой отец. И вы чуть было не столкнулись с ним прямо тут. Как вы думаете, что скажут мои родственники, если увидят вас со мной в Выборге, когда вы должны быть с маменькой в Питере?
Клер вся сникла.
— Я... я ничего не знала. Простите меня.
— Вы поступили опрометчиво, не известив меня, Клара.
— У меня совсем не было времени.
Повисло молчание. Эрнест сел на стул, и отвернулся к окну, а Клер готова была разрыдаться от разочарования. Она так надеялась на то, что любовь его не может пройти так быстро, что не думала ни о чем. И теперь она оказалась в чужом городе совсем одна. Да еще и отец Ланина вполне может увидеть ее и выдать маменьке.
Ехать в Гельсингфорс? Клер пошла к двери. Как хорошо, что она не поехала в Ласокки. Кто бы принял ее там? Возможно, кто-то из родни Ланина живет с ним. Почему она раньше не думала об этом? Ее приезд представлялся ей, как подарок Эрнесту, а о том, что реальность может не совпадать с мечтами, Клер не подозревала. Она смотрела на него, размышляя. Вернуться в Петербург она не может, поэтому только Гельсенгфорс. Что она будет делать в Гельсенгфорсе, Клер сказать не могла, но выбора у нее не было.
— Когда уйдет ваш отец?
Ланин поднял на нее глаза.
— Думаю, что сразу после того, как позавтракает. Поезд в Петербург отправляется в полдень. Отец хотел сходить посмотреть на замок. Я провожу его к поезду и сразу приду к вам.
Посмотреть на замок. Клер слышала о замке и ей тоже ужасно захотелось на него посмотреть. Раз уж она здесь, и раз она уедет не сегодня, так завтра, то она вольна делать все, что пожелает. Она сама себя исторгла из общества, но не жалела об этом. Свадьба с Кузьмой вернет ее обратно. Главное, чтобы эта свадьба состоялась. Сейчас же Клер была свободна.
Подождав, пока Ланин уйдет, Клер убрала волосы под шляпку, поискала в комнате что-нибудь подходящее, сняла с подушки кружевную накидку, рассмеялась, и с помощью булавок приспособила накидку под вуаль. Теперь она дама под вуалью, и вряд ли кому-то придет в голову, что Клер Велецкая может одна разгуливать по Выборгу, и даже столкнувшись со знакомыми, она уже не рисковала быть узнанной.
Расспросив лакея о том, где расположен замок, Клер вышла из ворот гостиницы и, стараясь не думать о своем разочаровании, отправилась на поиски приключений.
Впрочем, идти было недалеко. Пройдя узкой извилистой улицей, Клер оказалась на набережной, и прямо перед собой увидела серую громаду замка, с крашенным белой краской донжоном, теряющимся в туманной дымке облаков. Ветер чуть не сдул с Клер шляпку с вуалью, и ей пришлось завязать вуаль на шее, чтобы не потерять ее.
Вот было бы прекрасно, если бы она могла просто путешествовать, подумала Клер. Ездить по всему миру, одной, только, возможно, с Валюшей. Смотреть разные интересные места. Горы, замки, дворцы, водопады... Как только Клер устроится в Гельсефорте, так сразу же напишет Кузьме Антоновичу. По выздоровлении он приедет к ней, и они поженятся. И тогда... тогда она обретет истиную свободу. Возможно, Кузьма захочет поехать в путешествие вместе с ней.
Все загадки, страшные истории, меркли среди бела дня, а призраки отступали в тень. Холодный ветер рвал на Клер одежду, но она стояла, и как завороженная смотрела, как над башней замка вдруг расступились серые облака и засиял луч солнца, будто Господь благословлял этот город, осветив среди серых клубящихся облаков только белую башню с остроконечной зеленой крышей. Миг, и вот солнце исчезло, будто и не было его, а Клер все стояла, завороженная мистическим зрелищем, и в груди ее разливалась радость, будто она долго молилась и вдруг получила прощение.
Идти к замку через мост по такому ветру было безумием, поэтому Клер решила, что неплохо бы где-то перекусить прежде, чем отправиться на вокзал. Она отправилась обратно по узкой мощеной улочке, и чуть не столкнулась с пожилым человеком и девушкой в темном манто, опиравшейся на его руку. Отступив, и почти что вжавшись в стену, Клер смотрела им в след. Ланин соврал! Он говорил, что к нему приехал отец. Но... но отец был не один! Вот почему Эрнест так холодно принял ее. В той же гостинице, прибыв на том же поездом, всю ночь была и другая женщина, которая любила его. Клер отвернулась и заспешила по улице наверх.