— А вы не промах, — наконец сказал он, — знаете толк в женщинах. Жаль, что дочь моя не может поехать с вами. Я думаю взять ее с собой в Париж, представить ко двору, и уже там решить, за кого она выйдет замуж. Жаль, что майор Патов оказался таким дураком.
— Я никуда не поеду, — быстро сказала Клер, — я уезжаю в Италию с Эрнестом Михайловичем!
— А я предлагаю ехать тебе в Париж. Я удочерю тебя, как только мы с Элен поженимся.
— Поженитесь?
Герцог встал, прошелся по комнате. Казалось, он размышлял над своими словами, но тут на помощь ему пришла мадам Элен.
— Я хочу, чтобы ты осознала, что натворила, Клер, — сказала она, — считай, что из-за своей строптивости ты убила человека. Иван погиб исключительно потому, что ты отказалась выйти замуж за Патова. Патов же женился на бесприданнице Элле. Я хочу, чтобы ты знала. Выйди ты замуж за Андрея, Иван сейчас был бы жив!
Клер стояла, как громом пораженная.
— Я ничего не понимаю, мама, — беспомощно проговорила она.
— Да что тут понимать? — мадам Элен усмехнулась, — последняя революция разорила твоего отца. Он отправился в Петербург, чтобы выгодно женить своего приемного сына и наследника, Андрея Патова. Герцог привык жить на широкую ногу, он не из тех людей, кто будет прозябать в бедности. Но ты, его дочь, отказалась выполнять мой приказ! Ты сбежала к женатому мужчине, погубив свою репутацию, и не позволив Андрею жениться на тебе! Твое приданое оказалось никому не нужным! Когда же я узнала, что Андрей женился на Элле... В этот момент и было принято решение переписать все имущество на меня. И нам, поверь, стоило больших усилий уговорить Андрея помочь нам! Ты, Клер, виновата в смерти Ивана! Ты заставила меня послать к нему убийц!
— Но причем тут я? — закричала Клер в отчаянии. Из глаз ее хлынули непрошенные слезы.
— При том, — герцог дю Лей смотрел ей в глаза, и его спокойный взгляд вдруг показался ей взглядом убийцы, — при том, что через год мы с твоей матерью поженимся. Сейчас она богатая вдова, а через год станет герцогиней. Тебе же мы предлагаем ехать с нами, несмотря на твою глупость. Оставь любовника, и стань честной женщиной. Я сумею хорошо выдать тебя замуж.
Клер прижалась к Эрнесту, вцепившись ему в руку. От одного взгляда на герцога дю Лей у нее от ужаса замирало сердце.
— Вы..., — она задыхалась, — вы... вы не человек! — воскликнула она, — ради денег... все ради денег!
Эрнест сжал ее руку, не позволяя окончательно расклеиться.
— Будьте вы прокляты со своими деньгами! — прошептала Клер, — я вас обоих ненавижу! А вы..., — она повернулась к дю Лею, — вы не отец мне! Вы — убийца моего отца!
Герцог вскочил, и лицо его побледнело.
— Это твоя глупость убила его! — процедил он сквозь зубы.
Эрнест мягко потянул ее к двери.
— Давай уйдем, Клара, — сказал он тихо, — здесь нам больше нечего делать. Неаполь ждет нас. Идем.
Клер отвернулась и не прощаясь бросилась вон из комнаты, боясь, что не сдержится, схватит что-нибудь тяжелое и кинет в бесстрастное красивое лицо новоявленного отца или ухмыляющееся лицо матери. Ей хотелось вцепиться им в глаза, царапаться, кусаться.
— Даже не думай об этом, Клер, — сказал Эрнест, помогая ей сесть в коляску, — ты же воспитанная девушка.
— Гони! — Крикнула Клер вознице. Тот хлестнул лошадей, и они покатили по весеннему городу, обливая прохожих из луж водой, на встречу своей судьбе.
— Как приятно узнать, что твои родители воры и убийцы, — сказала она Эрнесту, прижимаясь к нему, ища у него защиты и забвения.
Он притянул к себе ее голову, потом взял руку и поднес к своей щеке.
— Давай оставим их в Петербурге, — сказал он, — а завтра отправимся на встречу совсем новым странам.
Клер посмотрела на него, вытирая слезы, непроизвольно катящиеся из глаз.
— Душой я уже в Неаполе, — проговорила она тихо.
— Только душой? — улыбнулся он, прижимая ее к себе, — скоро мы и телом будем в Неаполе. И ты увидишь, как прекрасна Италия. Она создана для тебя.
Эпилог
Спустя пять лет Клер Велецкая сидела на веранде на берегу моря. Легкий ветерок шевелил белые перья на ее шляпе. Белое платье из тончайших кружев очень шло ей, хоть и не могло скрыть сильно округлившегося живота. Откинувшись в кресле, Клер улыбалась. Сегодня был день ее свадьбы.
Все эти пять лет Клер была счастлива. Да, их не принимали в хороших домах, но Клер научилась не обращать внимания на кривотолки. После того, что ей довелось пережить, чьи-то косые взгляды не могли испортить ей настроения или заставить переживать. Нет. Клер радовалась каждому дню рядом с Ланиным, и не была ни капризна, ни привередлива.