Василий Борисович, не поднимая головы от бумаги, на которой что-то писал:
— Понятно, что не купят, вы сбежали, так что...
— Не из-за этого... Я их... убила. — Чистосердечное признание смягчает вину.
Следователь резко поднял голову.
— Убили? Но... Чем? Застрелили из пистолета? — рассеянно спросил он.
— Какого пистолета? Камнем, сначала ему по голове, потом ей, чтобы не побежали в погоню за мной.
В палате наступила тишина, следователь молчал, молчал папа, удивлённо глядя на меня, и я тоже замолчала.
Глава 15. Лена Жарова.
День рождения, да, сердце дрогнуло, пятнадцать лет тебе, Лена, а большой радости не ощутила, почему? Наверное, потому что рядом нет папы и мамы, потому что родная тётя оказалась вовсе не такой, какой должна быть родная, потому что рядом чужие люди, они хорошо ко мне относятся, но кто я? Никто. У них свой сын, Никита, которого они по-настоящему любят, которого простят за всё, а я должна вести себя тише воды и ниже травы, так я и делаю, больше молчу, никому не надоедаю. А что с завтраком сегодня? Никто не приглашает, обычно меня наша, да, уже наша, домработница каждое утро приглашает к столу, а сегодня нет. Может, случилось чего?
Надела красивое платье, вчера с Евгенией Романовной за покупками ездили, она ворох всего мне накупила, не перечислить, кофточек, юбочек, брючек, это она так вещи называет, и не только одежду, но и обувь всякую, я просто не могла понять, зачем мне столько, но она настояла.
— Ты же девочка у нас, значит, должна всегда выглядеть красиво, тебе, Лен, особенно красный цвет идёт, чуть повзрослеешь и настоящая Кармен станешь.
Ну надо же, один Жар-птицей зовёт, Евгения Романовна решила, что я Кармен, интересно... Как меня ещё здесь назовут? Впрочем, с Кармен я согласна, а вот с Жар-птицей — нет. Ну какая из меня Жар? Да, впрочем, и Кармен пока никакая.
Спускалась по лестнице в столовую, вдруг увидела тётю Веру, она несла торт в гостиную с загадочным видом, то ли не заметила меня, я осторожно подошла к дверям гостиной и обомлела, она вся украшена разноцветными шариками и сердечками, на всех: «С Днём рождения, Лена!», а цветов сколько, это что? Для меня? Неужели?
-- Заходи, Леночка. -- Пригласила меня тёть Вера.
Я вошла в гостиную как в сказку, меня принимают здесь за принцессу, что ли?
-- Поздравляем!!! -- Все хором: Александр Васильевич, Евгения Романовна, Никита и тёть Вера.
От неожиданности я... заплакала... Не знаю сама почему.
-- Лена, ты что? С Днём рождения тебя! -- Обняла меня Евгения Романовна. -- Ну... ну... полно, не надо плакать, радоваться надо, посмотри, Вера Ивановна какой стол накрыла, сейчас праздновать будем.
-- Лена, у нас праздник, а в праздник радоваться надо. С днём рождения! -- Дядь Саша тоже обнял меня.
-- А я даже подарок приготовил. -- Никита поднёс мне коробочку. -- Это тебе духи, хотел косметику купить, но ты ж ещё маленькая, не пользуешься ей, а духи самое то. Поздравляю.
-- Спасибо. -- Слёзы высохли, и мне стало так легко, ну что я в самом деле, люди ко мне всей душой, а я боюсь всё чего-то.
Я просто не понимала, что происходит, мне отмечают День рождения, как члену семьи, меня поздравляют, дядь Саша шампанское открыл, правда, пить его только он и тёть Вера пили, Никита, конечно, прикинулся непьющим, Евгения Романовна вообще не пьёт даже шампанское, мне ещё рано.
-- Лена, ты у нас ещё маленькая, тебе спиртное нельзя, так что сок для тебя, твой любимый, апельсиновый. -- Дядь Саша налил мне сок и посмотрел на Никиту. -- А ты что? Шампанское не хочешь? Тебе покрепче напитки нужны? Ну извини, сегодня не твой День рождения.
Никита сдержать попытался улыбку, но у него не получилось.
-- Я не пью совсем, не заметил? Решил перед школой не безобразничать, всё-таки я уже не такой вот маленький. -- Кивнул он на меня.
-- Намного её старше-то? Ладно, давайте по глотку, за твоё здоровье, Лен, я тебе ещё один подарок приготовил, даже не знаю, обрадуешься ты ему или нет. Но тот подарок позже будет, а сейчас веселиться давайте. Вера Ивановна, мы с вами выпьем за нашу именинницу.
-- Выпьем. -- Кивнула головой тёть Вера. -- Поздравляю тебя, Леночка.
-- Спасибо, спасибо всем, я так рада. -- А у самой глаза на мокром месте.
Долго мы праздновали, Никита даже какую-то музыку включил, чтобы ещё веселее было, вплоть до детских песен, вернее, песню Крокодила Гены из мультфильма о Чебурашке, мы все подпевали, а Никита насмешливо на меня поглядывал, как будто своим взглядом хотел сказать: «Специально для тебя, мелкая, включил».
Мы сидели в гостиной, где всё сверкало, вазы с фруктами на столе, красивые бюсты на полках, каких-то, наверное, героев книг, одного я узнала, это статуэтка Робин Гуда, такая красивая, в руках он держит лук с натянутой тетивой, со стрелой, такой сильный... И всё так ухожено, так красиво подобрано, так уютно. На верхних полочках фигуры животных, олени в упряжке, как будто летят, стайка журавлей взмахнула крыльями, а блестят-то как, себя видишь, как в зеркале. Я что, повзрослела? Раньше не замечала, хотя не первый день в этом доме, а может я за своими бедами просто ни на что не обращала внимания... Самой не верится даже, как я так могла?