-- Ладно, признаю, ты прав, я же вскоре выйти собирался, а тут ты уже подсуетился, хорошо, а с Лёшей я поговорю, не сегодня, конечно, зачем праздничное настроение омрачать? Согласен?
-- Тут без вариантов, конечно, согласен. Но может же быть такое, что он и Лене приглянулся? Ты подумай сам, она тоже девчонка, ей шестнадцатый, и она вполне...
— Не может... Она меня любит. — ответил я, а друг рот открыл от удивления.
— Это она тебе сказала? Или сам доехал? — рассмешил он меня.
— Пошли на линейку, пора, «доехал»... Ох, Пашка, один смех с тобой.
Мы поспешили на линейку, где там моя Жар-птица? Ага, вот она, ах ты Лёша, он рядом во втором ряду, правда, что-то говорит ей, а эта дура лыбится, ну как это вытерпеть.
— Никита, ты не слышишь? Ну что ты на эту Жарову смотришь? Никто её не украдёт. — Я аж вздрогнул, если бы ты знала, Дилька, её уже крали однажды.
— Тихо, линейка начинается, и ни на кого я не смотрю, просто девчонки посмотри как подросли, и пацаны тоже, неужели тебе не интересно?
— Нет. Мне только ты интересен. — ответила она, а я подумал, ну и девка!
Линейка началась как всегда, первое слово директору, он из года в год говорит одно и то же, несколько спонсоров, отец тоже здесь, и хотя каждый год одно и то же, а всё равно интересно всех послушать, много добрых слов, напутствий, и, конечно, первый звонок для первоклассников. Вышла малявка, а меня выбрали с ней пройтись, посадил её на плечо и пошёл, она звонила в колокольчик, все улыбались, глядя на нас, проходя мимо Жар-птицы, подмигнул ей. Нам аплодировали, свистели, «Оле-оле!» кричали, весёлая линейка получилась, ну как всегда первого сентября, нас снимали на камеру, ученики на телефоны, такая здесь система.
***
— Ну что, выпускной класс? Может, немного расслабимся, а? Кто за, прошу поднять руки! — Наш заводила Кирилл Томилин, он сегодня в ударе.
Мы все как по команде подняли руки, начался гвалт, куда пойдём, где потусим. В общем, сошлись на том, что сегодня по многолетней традиции поедим в кафе мороженое, выпьем лимонад, а в субботу закатим к Андрею Рыжему (Рыжкову) на дачу, там и оторвёмся. С этим все согласились, и в кафе-мороженое всем классом, кафе уличное, не в здании, а это плюс, в помещении вообще находится не хотелось. Веселились как маленькие, чокались лимонадом, мороженым закусывали. Нахохотались вволю.
После кофейной «гулянки» проводил Дильку и домой, надо с Еленкой провести беседу, мораль прочитать, как вести себя в обществе, ой, поправлюсь, в высшем обществе, а то она девочка (надеюсь) поселковая, наших законов не знает.
***
Влетел в её комнату, на этот раз без стука, Ленка сидела за столом, разбирала какие-то книжки, наушники в ушах, слушает музыку. Не слышала даже мои шаги, потихоньку подошёл, снял наушники...
— Ай!!! — взвизгнула она. — Никита! Ты вообще что ли? — возмутилась и быстро поднялась со стула. — Что тебе надо?
Ну вот зачем такие шортики надела и топик только что грудь прикрывает? Завалить бы эту дразнилку!
— Что надо? Я бы сказал тебе, что мне надо, но ты ещё маленькая. Пришёл немного воспитанием заняться...
— Моим? — Усмехнулась она. — Напрасно, ты... лучше своим займись, научись в дверь стучать, когда хочешь к кому-нибудь в комнату войти...
Вот мелюзга, ещё ты посмотри, советы даёт, как мне вести себя в своём доме, без твоих советов знаю.
— Я тебе научу сейчас! Ты у меня договоришься! Смотрю, Голицин время даром не теряет, а ты и не против?
-- А... Ты, я так понимаю, против? Лёша нормальный пацан, ничуть не хуже других, чем он тебе не нравится? — Пожала она плечами.
— Всем. Тем, что страх потерял, но это ненадолго. Да, он не нравится мне. — Отрезал я строго.
— Надо же, мне, может, твоя Диляра тоже не нравится, но я не врываюсь к тебе с претензиями. — Моим же тоном ответила, аж руки в боки. — Не кричу и морали не читаю!
Что она сказала сейчас? Дилька ей не нравится, и она...
— Чё ты сказала? Кто тебе не нравится? Ты кому морали собралась читать? Ой, посмотрите на неё, дорасти сначала, потом и будешь возмущаться.
Девчонка села на стул и отвернулась.
— Иди отсюда, я к завтрашним занятиям готовлюсь, а тебе, смотрю, и заняться нечем, как только ходить доставать меня. Что тебе от меня надо? Постоянно врываешься с какими-то вопросами, как надзиратель, вмешиваешься в мою жизнь.
— Кто достал? Я же тебя предупреждал, не скаль зубы со всеми, веди себя прилично. — Ну вы посмотрите, она как тигрица, того гляди в глаза вцепится. В жизнь я в её вмешиваюсь. Ну и ну!
Лена резко обернулась ко мне.
-- Я чем-то опозорила тебя или дядь Сашу? Прямо с первого дня? Ты чего, Захаров, так наехал? Может, ещё родительский контроль поставишь на телефон? Или на уроки в наш класс приходить будешь?