-- У меня версия появилась, и её проверить надо. Спасибо, Никита, вы мне очень помогли. -- Я удивился, за что спасибо?-- Да, этот Умар, он был сегодня в школе?
-- Был, на всех уроках, всегда в поле зрения.-- Ответил я. Умар и правда весь день на занятиях был, и никакого волнения с его стороны.
Сергей Евгеньевич задумался.
-- Александр Васильевич, вот вы говорите, что Пётр Жаров вам другом был? Обратился он к отцу.-- У следователя родилась какая-то версия в голове, и он ухватился за неё.
-- Да. Мы с ним дружили с детства.-- Ничего не понимая, это я понял по реакции отца, ответил он следователю.
Помощник следователя снова задумался.
— А вы не помните случайно, где его жена рожала?
— Помню, здесь, в Москве, у неё проблемы были какие-то со здоровьем, но девочка хорошая родилась. Да я даже на выписке был, но вот странно, она родилась светленькая и волосики светлые у неё были, а года через полтора меняться начали, белые все повылезли и вместо них чёрные появились.
Сергей Евгеньевич кивал головой, а я подумал, может, у Ленки отец не родной?
— Вот вы были друзья с Жаровым, скажите, а он, может, в разговоре упоминал, что дочь им... Не родная? Ну, бывало же, что вы выпивали, скажем, вместе.
Реакция отца даже меня удивила, он резко поднялся со стула.
— Что?! Да вы соображаете, что говорите? Нет. Никогда, только: «Леночка, любимая дочка», родители её очень любили.
— Любили. — Задумчиво повторил работник полиции. — Так. Адрес роддома нужен, и спасибо вам большое.
— Простите, а вы можете меня в курсе держать, как идёт расследование? — Вздохнул отец.
— Звоните, всего, естественно, не расскажу, но в общих чертах поведаю. До свидания.
***
После того как ушёл следователь, мы с отцом долго молчали.
— Что ты думаешь по этому? Если честно, я ничего не понял. — Первый не выдержал я.
Отец посмотрел на меня, пожал плечами.
— Не знаю, Никита, могу лишь предположить, что девчонка наша никакая не Жарова, а непонятно чья. И это меня ужасно угнетает. Неужели Пётр с Катей не свою дочь воспитывали? Как всё запутано, как всё сложно. А если предположить, что мать, оставившая её в роддоме, одумалась и решила выкрасть девчонку? Почему Пётр никогда даже намёком не выдал тайну? Может, сам не знал?
Выкрасть... А зачем? Девчонка уже большая.
— Так девчонка большая уже, где она раньше была?
— Где? Непонятно где, может, ситуация сложилась трудная или... хуже того, в тюрьме, ты ещё ребёнок, мало что в жизни понимаешь, ситуации разные бывают. — Неопределённо ответил он. — Так, не знаю, как вы, а я голодный, давайте поедим чего-нибудь. А по делу Лены, я думаю, похититель вреда ей не сделает, давайте ждать, может, она... Позвонит. Может, выучила хоть один номер телефона, это ты, сын, правильно ей посоветовал. И вот что ещё, попробую я в тот роддом наведаться, что-то смущает меня. Пока сам не пойму.
Ребёнок? Да какой же я ребёнок, восемнадцать скоро.
— Думаешь, детей перепутали?-- Предположил сам того не ожидая. — Приём известный, случаев много таких.
-- Не знаю, что и думать, зачем? Почему? И кому надо? Пока одни вопросы, ответы уходят в прошлое, наверное, в тот самый роддом, там вся правда. Если, конечно, версия следователя верна.
***
Ждать было мучительно, Лена никак не проявлялась, ни звонка, ни весточки, полиция всё перерыла, толку нет. В роддоме, где рожала Жарова, показали документы, они сохранились, да, действительно, Лена родная их, Жаровых, дочь. Всё шло по кругу, а Лена непонятно где, и это меня угнетало очень, я страшно скучал по ней, то знал, что она рядом, даже когда у Дильки был, всё время помнил, что она рядом, она в нашем доме, а теперь где искать. Жизнь какая-то неинтересная стала.
-- Слушай, Захаров, а что, твоя родственница пропала? Меня полиция допрашивала. -- Умар, черкес, подошёл ко мне на перемене, мы с Пашкой как раз обсуждением этого дела занимались.
-- А тебе зачем знать? Да её похитили, ты вот что скажи, зачем с ней на своём языке говорил? -- Наехал я на него.
Он пожал плечами.
-- Думал, она наша, да она и есть черкешенка, хоть как ты меня убеждай, что она русская, я свою нацию везде узнаю. Так и тому следователю сказал.
***
Через неделю отец приехал с работы расстроенный, мы молча поужинали, и он рассказал нам историю, интересную и невесёлую. Оказывается, он с охранниками ездил в тот злосчастный роддом в Одинцово и всё узнал. Угрозами или как? Сейчас узнаем.
Роддом.
Александр Васильевич приехал в роддом, в котором когда-то родилась Лена, и которую он лично с её отцом приезжал забирать отсюда.