Врач замолчал, переживая, наверное, то время.
Вы бы только видели, как Алима прижала к себе девочку, навзрыд плакала, расставаться с ней не хотела, Екатерина уговаривала её, успокаивала, приглашала в любое время к себе: «Аля, ты можешь приезжать к нам когда захочешь, играть с дочкой, мы не будем запрещать, пожалуйста, только не плачь». Адрес ей написала на листочке, звонить просила. В общем, поцеловала Алима девочку и отдала Екатерине, а сама в обморок свалилась, у них там знаете, как к детям относятся? Их не бросают.
— И что? Никто из рожениц не знал, не видел, не заметил подмены? Народу у вас всегда много.
— Екатерина в реанимации тогда лежала, после родов, если вы друг семьи, то должны помнить, нет, никто не знал, только тётя Груша, медсестра Нина, работала у нас, после уволилась, Жаровы, Алима, ну и я. Да кому знать? Женщины после родов своими детьми заняты, не до кого им.
-- Скажите, адрес домашний Алимы, или здесь она жила же где то, есть у вас, может помните. Паспорт наверное смотрели у неё.
-- Он в записной книжке, мы же её даже из регистрации удалили, но адрес я записал на всякий случай, вдруг понадобиться. И знаете... Девочка очень на мать похожа, вы когда фото показали, я оторопел. Так... Вот. Город Черкесск, улица 2-я Садовая, дом 25. Алоева Алима Хетаговна. Это всё, чем могу помочь, номера телефона нет. Можете надевать наручники.-- Он выставил над столом руки.
— Я не полиция, всё, что вы сказали, останется между нами. Спасибо вам большое... Думаю, вы поступили правильно, милосердно. До свидания.
***
Всё это отец рассказал нам с мамой и просил: ни слова никому, даже полиции.
— Я сам поеду и во всём разберусь.
— Саша, да там дикие законы, не боишься? Спросила мама сквозь слёзы, да я и сам близок был, чуть не расплакался.
Очень душещипательная история.
-- Женя, двадцать первый век! Ну не станут же они убивать меня.-- Отец правильно рассудил, я с ним согласен, надо нашу Лену домой возвращать.
Глава 21. Лена Жарова.
Сижу ничего не соображая, как так? Почему? Да какая Алоева? А... Где эта Алима? Которая мама? Идар помолчал немного и спросил:
— Как ты себя чувствуешь?
Как чувствую? Сама не пойму, начиная с самого лета со мной творится невероятное, гибель родителей, одно похищение, другое, новости вот такие, как себя чувствовать будешь? Да никак.
— Не знаю. Вы говорите, что у меня мама есть? А... Где она? — Правда увидеть хочется, и, наверное, у неё ещё дети есть.
Мужчины снова переглянулись, а старый Хетаг вытер слёзы.
— К сожалению, её больше нет с нами, Аллах забрал Алиму к себе. История эта трагичная, горькая, мы её храним в памяти, и когда-нибудь я тебе её расскажу. Сейчас ты мало что поймёшь.
Мало что... Я маленькая что ли? Всё пойму, рассказывай.
— Я не маленькая, что не пойму, объясните. — Опустила голову, что же случилось с Алимой, почему она меня отдала Жаровым?
Идар покачал головой.
— В обморок не упадёшь снова?
-- Нет. - Твёрдо ответила, не упаду, черкес ты отчаянный.
- Хорошо, в конце концов ты должна знать своё происхождение. Как я уже говорил, Алима наша сестра, самая младшая из нас, мы, братья, и родители очень любили её, баловали все... Она росла красавицей, окончила школу, отлично окончила и пожелала учиться в Москве, врачом стать решила. Отец, не раздумывая, разрешил ей, и мы с Тауланом отвезли её туда, сняли квартиру, живи, как говорится, учись. Поступила она сама на бюджетное отделение, ну и учиться стала, всё вроде хорошо, но... На последнем курсе случилась у неё любовь с русским парнем, это мы узнали совсем недавно, и... Она забеременела, знал он об этом или нет, нам не известно, жениться, видно, не собирался на ней, и выходит, они расстались, дознаваться о том мы не стали.
Идар отвернулся к окну, рассказ давался ему тяжело, это я понимала, но спросила, я же не перебивала, он молчал некоторое время.
- А вы знаете, кто это? Тот парень? Мой... Биологический отец?
- Что? А-а-а... Да, мы знаем, кто это, человек в Москве известный, фамилию я пока называть не буду. В общем, что там произошло между ними, не знаю, но Алима осталась одна, и ведь я был у неё в апреле, она ничего не сказала мне, беременность вообще незаметно было, как она умудрилась так скрывать её? Непонятно. В общем, после окончания учёбы Алима вернулась домой, устроилась работать в местную больницу, родители нарадоваться не могли, дочь стала врачом, а это... Гордость это. И мы, братья, гордились своей сестрой. Вскоре она приглянулась одному джигиту, извини, парню, и он решил взять её в жёны, и наши родители дали своё согласие, тут уже все были довольны, родители тем, что дочь замуж отдают, мы — довольны и сестрой, и будущим зятем. Стали готовиться к свадьбе. И снова ничего не заметили плохого за Алимой, правда, она плакала иногда, но это норма, невеста же... И за два дня до свадьбы наша сестра наложила на себя руки, почему? Отчего? Никто понять не мог, конечно, были люди из полиции, нас допрашивали, считали, что мы как-то повлияли на то, что она... Петлю на шею надела. Я не могу тебе объяснить и передать какое это было горе...