У меня от слов Идара чуть снова обморок не случился.
-- Да. Записки предсмертной она не оставила, в комнате все шкафы перерыли, ничего не нашли... Мама наша тогда слегла, отец держался из последних сил, а мы, братья, были убиты смертью сестры.
Идар снова замолчал, переживая, наверное, то время, когда с сестрой такое случилось.
-- А почему меня не искали раньше? Или...
— Или. После того как всё перерыли в комнате и ничего не нашли, отец закрыл комнату Алимы на замок, и так она стояла, всё в ней напоминало нашу дорогую сестрёнку. Но время идёт, и мы решили, что пора всё убрать там как следует, ремонт в комнате сделать, стали отодвигать шкафы и на одном из них увидели приклеенный скотчем пакет, когда открыли его, то... Нашли письмо, в котором Алима признавалась во всём. В том, что родила девочку и отдала её на воспитание в русскую семью, и что зовут её Лена, просила прощение... Она не хотела, чтобы на следующий день после свадьбы муж с позором возвратил её отцу. Надеюсь, ты понимаешь, о чём я. Письмо мы нашли месяц назад. — Уточнил Идар. — Поэтому и не искали тебя... Не знали, что у нас такая девочка растёт.
— Да, я знаю, что у некоторых народов дикие обычаи: если девушка выходит замуж не девственницей, то её возвращают родителям. — Кивнула головой.
-- Она нас позорить не хотела, не понимая, сколько горя принесла, но то, что где-то в России бегает наша кровь, немного, хоть через пятнадцать лет, облегчило его, горе-то. Мы с Тауланом решили разыскать тебя и привезти домой, фамилия твоих приёмных родителей в письме значилась и адрес тоже. Когда приехали в тот подмосковный посёлок, то оказалось, по этому адресу никто не живёт, какая-то соседка вышла и поведала о несчастье, которое случилось с твоими приёмными родителями, соболезнуем, жаль их, когда спросили о тебе, она насторожилась: «А зачем вам знать? Нет, Лена здесь не живёт, а где живёт, не скажу». Почему не скажет — непонятно, но она быстро зашла в квартиру, и как мы ни просили открыть, тщетно. «Уходите, иначе полицию вызову», таков был ответ.
Наверное, это была Лидия Григорьевна, она не скажет где я, никому, после того случая.
-- А зачем вы тёте поручили привезти меня к вам? -- Это меня сейчас больше всего смущало.
— Кому? Это ты о чём? Мы никому ничего не поручали. — Все четверо недоумённо посмотрели на меня. — Это что за история?
— Меня уже похищали однажды... Тётя Оля, это мамина сестра, и Гарик какой-то, куда везли — не знаю, но я сбежала от них.
Мужчины помолчали немного.
— О твоей тёте мы вообще ничего не знаем, тем более поручать кому-то похищение... Нет. А что они хотели?
— Я не знаю. Везли какому-то хозяину, куда — не знаю, зачем — тоже не знаю.
Старый что-то сказал на своём языке сыновьям, и они кивнули головами.
— Отец просит, чтобы мы в ближайшее время нашли эту женщину и спросили строго, зачем ей понадобилось увозить тебя куда-то.
-- Не надо её искать, она в следственном изоляторе, и сообщник её тоже. После того как я сбежала от них, они выкрали девочку и решили её за меня выдать, она... похожа чем-то, вернее, я на неё, она старше, ей семнадцать. В какой-то момент, не знаю как, девочка высвободилась от пут, её связывали, и когда Ольга и тот мужчина спали, она... Камнем по голове, сначала мужчине, потом Ольге, и сбежала тоже, там такая история с её похищением... В общем, вкратце так.
-- Не знали мы ничего об этом, а что, эта тётя твоя преступница?
-- Выходит, что так, мама всегда её непутёвой называла. -- Я посмотрела на родственников, да, мама, а как я ещё её назову? Мама и папа, если бы вы знали, как они любили меня.
-- Лен, ты любила приёмных родителей?
Любила... И сейчас люблю, несмотря на то что их больше нет.
-- Любила, и они меня тоже. -- Честно, без всяких даже заморочек ответила.-- Никогда не обижали, представить даже не могла, что я им не родная.
— А кто этот Захаров? Опекун твой? — Идар спросил, он как доверенное лицо, грамотный, видно, сильно.
— Александр Васильевич — папин друг детства, когда вопрос возник, куда меня определить, он сказал, что я буду жить у них.