-- Ленка! Ленка! -- Никита целовал мне лицо. -- Ленка, неужели ты дома, а мы с Пашкой за тобой ехать собирались, тот со своим инструментом, говорит, ни одна дверь не устоит против него.
-- Никита! Ты с ума сошёл? Отпусти меня! -- Он правда как одержимый.
-- Не отпущу, Ленка, тебя нельзя, тут же увезут, что ты за девчонка, никак за тобой не уследить. Ну и жена моя будущая, тебя и после свадьбы воровать будут.
Вы слышали? У человека крыша съехала непонятно от чего.
-- Ты себя слышишь?
-- А как же? Кстати, вы давно приехали? Ленка! -- Он снова закружил меня по комнате. -- Ленка.
Ленка тебе... А что же ты домой не торопился? У Дилички своей был? О Ленке и не вспоминал?
— Мы в обед приехали, звонили тебе, а телефон выключен.
— Да... — Смутился немного. — Я так... задержался... К другу в гости ездил.
— К другу? Или к подруге? Ладно, не смущайся, Никита, я же не маленькая, всё понимаю, любовь...
Никита усмехнулся, подозрительно посмотрел на меня.
— Договоришься сейчас... Я тебе покажу любовь, которую, предполагаю, ты ни разу не видела.
— Мне нельзя, года не вышли, сам же говорил. — Засмеялась, глядя на его лицо. Один — ноль, Никита, в мою пользу.
— Послушай, Жар-птица, ты язык придержи, а то он у тебя без дела молоть стал. — Он тоже засмеялся. — Рассказывай лучше, где была всё это время?
Где была? Странный вопрос, в родном доме получается, только незнакомом.
— Знаешь уже, наверное, где, у Алоевых, я же не Жарова, Алоева, сидела в комнате с решётками на окнах, так я то в клетке, то в собачьей будке.
Никита заржал как придурок.
— Сорян, Лен, я ведь и не извинился даже, да везёт тебе. — Через минуту стал серьёзным. — Кто на фото? Мама твоя? Видела её? Спрашивала, зачем она так поступила?
— Не видела. Алимы... Так её звали, нет на свете. На могиле была, это всё. Там история такая, мне трудно говорить, дядь Саша тебе всё расскажет, а я не могу. Как ты там говоришь? Сорян?
Тут нас позвали ужинать, Никита за руку меня повёл в столовую, сказал, что отпускать меня нельзя, иначе снова увезут куда-нибудь.
***
Дядя Саша и Евгения Романовна встретили нас, они уже были за столом.
— Какие вы у нас красивые, вижу, за руку держитесь, значит, подружились, ну что же, давайте всей семьёй ужинать, у меня душа немного успокоилась, значит, всё хорошо.
За ужином все чувствовали себя прекрасно, после Никита с отцом ушли в кабинет, а мы с Евгенией Романовной остались в гостиной, я ей фото показывала своих родственников.
— Лена, ты счастливая, посмотри, сколько у тебя родни, да все хорошие какие, высокие, это дяди твои, Лена... Пятнадцать лет девчонке, а уже столько событий в жизни.
В общем, долго мы с ней говорили обо всём.
— Да, у твоей тёти суд скоро, и срок реальный грозит, отец той девочки, Даши, такую деятельность развернул, Ольге не выбраться. Поделом.
***
После разговора с дядь Сашей Никита всё же зашёл ко мне.
— Ну что, ученица? Завтра на занятия? О, уже рюкзак готов... Детский сад — штаны на лямках, Ленка, ты примерный ребёнок.
— Никита, сейчас ты дождёшься у меня! И вообще не мешай, видишь, я со Славой говорю. — Я действительно Славке позвонила, решила ему рассказать о своих делах, заодно и его делами поинтересоваться.
Он на минуту остановился и недоумённо посмотрел на меня.
— Что? Какому ещё Славе ты там звонишь? А... Из посёлка? Тогда привет передавай ему, как там он?
— Говорит, нормально, тебе тоже привет передаёт. — Отключила телефон. — Вот что ты за человек? Поговорить с другом не дал.
Никита сделал прикольную рожицу.
— С другом? У тебя один друг — это Никита Захаров, поэтому прекращай его злить, а то он взорваться может, ты, Жар-птица, ещё ничего не поняла? Ладно, об этом позже поговорим. Мне отец рассказал всё о маме твоей, очень жаль... Правда, очень жаль. Такая печальная история.
Мы минуты две сидели молча.
— Я когда узнала, без чувств свалилась. Страшно. Вот зачем она себя? Стоило разве жизни себя лишать из-за каких-то предрассудков?
Никита покивал задумчиво головой.
— Это не предрассудки... Это неписаный закон твоего народа, Лен, и с этим ничего не сделаешь, а может, обычаи дедовские, им тоже следуют веками, ладно, всё в прошлом, а как философы говорят, прошлое должно оставаться в прошлом... Или не философы? Совсем с тобой запутался. Слушай, а ведь ты школу пропустила, как догонять будешь?
Пропустила... Дядя Идар учил, я не отстала нисколько.