В комнату вошёл Никита, посмотрел на меня.
— С кем это ты здесь? — Посмотрел в телефон. — Здравствуйте.
— Это Никита Захаров, сын Александра Васильевича. — Пояснила родственникам. — Вот знакомься, Никита, это дядя Идар, это дедушка.
— Здравствуй, Никита, мы рады знакомству. — Ответили издалека.
— Спасибо. Я тоже очень рад, в гости к нам приезжайте, познакомимся поближе, подружимся. — Никита, оказывается, не такой уж эгоист, каким мне казался.
— Вы к нам приезжайте, на таких конях поездите! Подарим самого хорошего. — Пообещал Идар.
— Заманчивое предложение. Я не против.
В общем, поговорили с родственниками, потом тёть Лида звонила, Славка. Весь день за разговорами, а после уроки стала учить. Никита, наверное, тоже занимается. Вечером всё-таки зашёл ко мне.
— Ну что? Уроки вызубрила? — Вальяжно развалился на постели.
— Я не зубрю, учу и всё, да, выучила, а ты?
Он засмеялся.
— Ты и в семейной жизни так же спрашивать будешь? Тогда я на всё согласен, подкаблучник из меня классный получится. Да, Елена Петровна, выучил, практическую работу сделал, к сочинению подготовился.
Ещё шутит, подожди, я тебе устрою завтра головомойку.
— Надо бы проверить, да вот не пойму пока ничего в твоих рассчётах. Темы не знаю. — В тон ему ответила.
***
В школе, как я ни пряталась, Диляра с подругой меня всё же поймали одну и снова прижали к стенке.
— Ну? Узнала? Не вздумай скрывать от меня, малолетка? Узнаю, что покрываешь Никиту, урою. Поняла? С кем он встречается? Кто она? Ты должна была сфоткать мне её.
С кем встречается? Сейчас ты узнаешь, с кем он встречается.
— Ни с кем он не встречается, он тебя любит, я не понимаю...
— Ты издеваешься, что ли? — охнула она. — Тебя по-человечески просили узнать, но ты, смотрю, не понимаешь. Значит...
Кажется, сейчас мой лоб с чьим-то кулаком соприкоснётся, надо что-то делать.
— Да я правду говорю... Ты же беременная от него, он так сказал всем нам, и Александру Васильевичу, и Евгении Романовне. Они вроде как это назвать... Помолвку хотят, что ли, я не знаю.
Глаза девчонки, мне показалось, побелели.
— Что?! Кому он сказал? Что сказал? Беременная?! — Дилька в шоке, подруга та вообще глаза от удивления закатила. — Козёл! Тамара, идём, я ему сейчас устрою!
Слава богу, отстали, идите разбирайтесь, как хотите, а то достали со всех сторон, тот дома достаёт, эта в школе. До конца занятий я была свободна, там, наверное, на каждой перемене разборки.
***
Никита первым делом, когда приехал домой, в мою комнату зашёл, вернее, как обычно, влетел, и на кровать.
— Ну, Жар-птица! Колись, что ты там Дильке наплела? — Прикрыл глаза.
Что наплела, то и наплела, а ты расхлёбывай.
— Ничего я не плела. — Спокойно ответила.
— Лен, правда, что ты там ей такое наговорила, что она обозвала меня козлом, сказала, что сама меня бросает и больше видеть не хочет. Знаешь, а я этому рад. Веришь или нет, но даже драться кидалась, хорошо, что хоть Пашка рядом был.
— Она мне лоб разбить обещала, если я не узнаю, с кем ты встречаешься, два дня прессуют меня с какой-то Тамарой... Что оставалось делать? Ну я и сказала, что ты её любишь, и родителям сообщил, что Диляра беременная, и что они... помолвку затевают. Это всё.
Комнату сотряс смех Никиты, он ржал без удержу. Я аж испугалась, думала, истерика у парня началась.
Эпилог от Никиты.
— Ты что там наплёл родителям, козёл? Ты зачем сказал, что я беременна?! У тебя крыша что ли поехала, б..., я же пошутила! — Дилька накинулась на меня в туалете. — А если мой отец узнает? Ты не подумал? Мы же договаривались с тобой — никому ни слова!
С ума ты сошла, а не я, никому я таких глупостей не говорил. Подожди... Ленке говорил. Неужели она?
— Пошутила? Считаешь, что такими вещами шутят? Ну ты и... Ты же говорила, что отец знает? Ты...
— Кто? Кто я? Говори! И запомни, это не ты, а я тебя бросила! Я сейчас глаза тебе выцарапаю! Знать такого, как ты, не хочу!
Тут откуда-то Пашка вывернулся.
— Вы что орёте, как потерпевшие? Диляра, откуда такая злость? Что случилось?
— Пошёл отсюда! Ещё и тебе сейчас попадёт!
— Тихо, тихо, тихо... И вообще, это мужской туалет, тебе здесь делать нечего. — Вытолкал её Пашка за дверь. Она что-то кричала, а мы посмотрели друг на друга и засмеялись.
— Это за что она так на тебя наехала? — спросил он, отсмеявшись.
— Так... Ни за что, по собственной дури. — Отмахнулся. — После расскажу, посмеёмся. Скоро днюха у меня, восемнадцать лет. Погуляем!
— Не вопрос! Я за любой кипиш, кроме голодовки.
Прошло семь лет.
Да, я немного ошибся, прошло семь лет, и Лена стала моей женой, я уже работал на фирме у отца, а Лена стала прекрасным программистом. На нашей свадьбе было много родственников, Алоевы приехали все, они кучу подарков привезли и коня... Красавца. Отец сказал, что придётся конюшню покупать. Славка с женой, Лидия Григорьевна, мы даже Ольгу приглашали, она освободилась давно, но та не приехала. Наверное, стыдно. Томилины все были. Дина с парнем, такая красотка выросла.