– Большая честь для меня принимать в своём доме такую дорогую гостью.
Я с трудом сдержалась, чтобы не отдернуть пальцы. Я не могла произнести ни слова в ответ. Молча взирала на хозяина дома, человека, от которого меня пытался уберечь когда‑то Джек. Но он не сумел… И как бы банально это не звучало, в этот момент я поняла, о чем он говорил. Я считала его слова просто трепом, глупым оправданием его непростительному поведению, а оказалось, что Джек понимал, о чем говорил. Понимал, но не понимала я. Тогда. А теперь, спустя столько лет мне открылась наконец правда.
Отец Джека торговал живым товаром.
– Моё имя Карлос. – Он продолжал держать мою ладонь, а его мерзкий взгляд скользил по моему телу, как в нашу первую встречу.
– Катрин. – Я с трудом вытолкнула из своего горла имя.
– Вы восхитительны, Катрин. Прошу вас, чувствуйте себя, как дома. Камилла проводит Вас в комнату для гостей. Отдыхайте. Сегодня у нас нет никаких планов.
С этими словами хозяин удалился. Я рухнула в кресло, ноги едва меня держали.
У Джека глаза отца. Неудивительно, что он опасался за мою жизнь. Меня не обманули сладкие речи Карлоса, я понимала, что мне не открывают все карты сразу.
Сразу после ухода хозяина, в комнату вошла всё та же смуглая итальянка.
– Идем.
Меня проводили в апартаменты. Комната была светлой и солнечной. Голубые стены, белая мебель, бежевый ковер, у дальней стены огромная кровать с балдахином. Камилла прошла в ванну и открыла воду.
– Тебе надо помыться и отдохнуть. Я принесу тебе ужин в комнату. Всё необходимое найдешь на полке в шкафу.
Едва за женщиной закрылась дверь, я кинулась проверять, есть ли щеколды. Меня ждало разочарование.
Войдя в ванную, я ахнула. Комната была огромной! Стены и пол из белого мрамора, на полу джакузи размером с бассейн. Открыв шкаф, я увидела массу пушистых полотенец и различных бутыльков.
Если бы у меня был отпуск, и я отдыхала бы в пятизвездочном отеле, на который была похожа моя комната с ванной, я была бы в восторге.
Но я понимала, что всего лишь жертва, и завтра, как и предрекал Майкл, меня продадут, как какую‑нибудь вещь, абсолютно чужому человеку.
Я разделась и ступила в душистую воду. Удастся ли мне избежать страшной участи? А, может, сбежать? Я слишком плохо ориентируюсь здесь. Значит, нужно придумать план, как отсрочить неизбежное. Думать о будущем не хотелось.
Когда я закончила с мытьем и закуталась в огромный махровый халат, то поняла, что сил совсем не осталось. Наверно, все дело в нервном истощении. Едва дойдя до кровати, я провалилась в сон.
Утром в комнату вошла Камилла с подносом.
– Ешь, после, хозяин навестит тебя.
Я запаниковала. У меня совсем нет одежды. Видеться с этим мерзким типом в одном халате на голое тело – верх безумия. Я должна одеться, и желательно в паранджу, чтобы не ощущать его липкий взгляд на своем теле.
Камилла, будто прочитав мои мысли, указала на шкаф. Там громоздилась целая куча разных нарядов. Я выбрала простые хлопковые брюки свободного кроя и серую блузку в тон. Одежда сидела мешком, но именно этого эффекта я и добивалась. Чтобы не привлекать его пристального внимания.
После завтрака в дверь постучали, и в комнату вошел Дон Карлос собственной персоной.
– Катрин, вы прекрасны. – Хозяин расселся в белоснежном кресле и впился в меня глазами.
– Скоро я стану еще богаче, благодаря вам.
Меня передернуло от отвращения. Да этот человек болен! Ему кажется нормальным продавать других людей, словно какой‑то товар.
Я сжала кулаки так сильно, что ногти впились в ладони.
– С утра вас начнут готовить к балу. А вечером, вы будете гвоздём программы. Я даже и представить себе не мог, что встречу такой бриллиант, как вы. Молода, красива, соблазнительна. А самое главное – девственница. Жаль, что я не могу сам тебя взять, но это было бы кощунством, терять миллионы. А теперь, мне пора. Сегодня очень насыщенный день. – Карлос сам не заметил, как перешел на «Ты».
За время его визита, я не произнесла ни слова. Боялась открыть рот. Боялась, что не выдержу и сорвусь на крик. Мне хотелось орать, бить этого человека, царапать его ногтями. Он изуродовал мою жизнь. Никогда раньше я не испытывала такого отвращения и такой ненависти к кому‑либо. Хотя, человеком его сложно назвать. Он животное!
Закусив щеку изнутри, я проводила Дона Карлоса глазами. Едва хозяин скрылся за дверью, я схватила графин и швырнула о стену. Миллионы осколков разлетелись по комнате.
Сегодня я стану никем. Просто живой куклой для развлечения какого‑нибудь больного человека. Такого же, как Дон Карлос.