— Как ты ушла из комнаты без ведома стражи? — тихо спросил Марек, пока они миновали бараки и направлялись к замку.
Аллисса не хотела говорить ему, ведь тогда он закроет люк, чтобы она больше не могла сбежать. Но ей нужно было незаметно вернуться в спальню, а люк был единственным вариантом кроме дверей со стражей. Вздохнув, она быстро описала, как выбиралась и возвращалась в комнату.
Марек сжал ручку двери и замер.
— В комнате стирки в это время людно.
— Есть идея, — сказала Майра. — За мной.
Марек толкнул дверь, и они вошли в замок. Майра повела их по тускло освещенному коридору. Они миновали кухню, где уже были слуги, готовящие подносы еды, и повара у печей. Несколько часовых были впереди, и Аллисса опустила голову и шла за Майрой, надеясь, что ее не заметили. Часовые узнали Марека и не спрашивали у них ничего.
— Сюда, — Майра открыла дверь винного погреба. — Ждите здесь, а я поищу корзину для белья, чтобы Аллисса спряталась. Мы пронесем ее в комнату стирки, отвлечем всех, чтобы она нашла путь к себе в комнату.
— Почему винный погреб? — спросила Аллисса.
Майра рассмеялась.
— Никто не пьет рано утром, так что слуг тут не будет. Я вернусь через пять минут, — она поспешила из комнаты.
Марек стал расхаживать в тесной комнате. На стенах от пола до потолка были бутылки с вином, тут сладко пахло деревом. Марей повернулся к Аллиссе, хотел что-то сказать, но дверь открылась, и вошел Джарвик.
Он застыл, сжимая ручку двери.
— Что происходит? — осведомился он, оглянулся на коридор и прошел в погреб, закрыл за собой дверь. — Почему принцесса в таком виде, и почему вы тут одни?
Плохо дело. Аллисса не могла поверить, что именно Джарвик нашел ее тут.
— Не ваше дело, — ответила она. — Но раз вы докладываете принцу Одару обо всех моих действиях, то должны знать, что я тренировалась с Мареком снаружи. Теперь скажите, что вы делаете в винном погребе замка?
Вряд ли он следовал за ней, ведь был потрясен, увидев ее тут. Она склонила голову, ожидая ответ.
— Принц Одар попросил выбрать бутылку для ужина. Он хотел пригласить вас. Снова, — он окинул взглядом ее тело. — Вы не уставшая и потная, как после тренировок, — он склонил голову. — Вы одеты как простолюдинка, на лице грязь, а волосы спутаны. Вам нужно объясниться.
Как он мог говорить с ней в такой манере? Она хотела накричать на него, но Марек встал перед ней и повернулся к Джарвику.
— Я должен попросить вас уйти.
Джарвик рассмеялся.
— И каждый раз, когда я буду задевать перышки принцессы, ты будешь меня прогонять? Да? — он шагнул к Мареку, их разделяли дюймы.
— Я не прошу, — сказал Марек. — Я говорю вам уйти отсюда, — он сжал рукоять меча так, что костяшки побелели.
Аллисса еще не слышала, чтобы Марек говорил так властно.
— Глупо приказывать мне, — ужасно спокойно сказал Джарвик. — Я уйду, когда буду готов, а не когда мне скажет щенок.
— Хватит, — потребовала Аллисса. Она обошла Марека и встала между ним и Джарвиком, заставляя их отпрянуть на шаг друг от друга.
Сквайр прищурился, глядя на Аллиссу и Марека по очереди.
— Что вы двое скрываете? — спросил он.
Дверь приоткрылась, прошла Майра с большой корзиной для белья. Она подняла голову, увидела Джарвика и застыла.
— Я хочу поговорить с принцессой наедине, — сказал Джарвик, холодно глядя на Аллиссу с презрением. Майра кивнула и ушла. Джарвик повернулся к Мареку, ожидая, когда он уйдет.
Марек покачал головой.
— Я — ее личный страж. Она не останется одна, тем более, со сквайром.
Джарвик покраснел и сжал кулаки.
— Думаю, я понимаю, что происходит, — гневно сказал он. — У вас, — он указал на Аллиссу и Марека, — роман.
— Что? — вспылила Аллисса. Ей надоела его наглость. — Как ты смеешь обвинять меня в таком? Почему ты так хочешь навязать мне любовника? — она встала перед ним, тыкая пальцем в его грудь, ее ладонь дрожала от гнева.
Он вскинул брови.
— Я просто вижу доказательства.
Она попыталась сжать пальцами его шею, но он поймал ее запястья с удивительно силой. Меч Марека прижался к открытому боку Джарвика.
— Я тебя ненавижу, — процедила Аллисса. — Ты — жестокий, бесчувственный и не знаешь, о чем говоришь.
— Поверь, это взаимно. Ты — напыщенная выскочка, которая привыкла, что все идет так, как она хочет.
— Убери руки от принцессы, — потребовал Марек. — Живо.