— Живу, похоже! — Она пятится, натыкаясь на косяк. — Мне сказали… бельё поменять… вещи… комната свободна.
— Ну ваще! Что других комнат нет? — Он бьёт кулаком по стене, заставляя зазвенеть стоящие на полке чашки. Недокуренная сигарета летит в ночь. — Если хоть одна тварь тронет ее вещи…
Его кулак зависает в сантиметре от лица новенькой. Она стоит и хлопает испугано глазами.
— … завтра заберу всё.
Дверь захлопывается с таким грохотом, что осыпается штукатурка. Девчонка прижимает чемодан к груди, как щит.
— Добро пожаловать в Даркленд, — хрипло говорю я, вытирая ладонью лицо. От виски болит голова.
Джаспер скрывается в коридоре, даже не прикрыв за собой дверь, а мы с новой соседкой стоим друг напротив друга и молчим. Свет, зажженный ею, выставляет напоказ бардак, который Дебора оставила утром: тюбик помады на полу, скомканный свитер на спинке кресла.
Новенькая сжимает ручку чемодана так, что костяшки белеют. Пауза затягивается.
— Даниэлла, можно Дана, — представляюсь я, чтобы разрядить обстановку.
— Н-не-сс-и, — выдавливает она, наконец опуская чемодан. Пластиковое колесико, державшееся на честном слове, откатывается под кровать. — Где я могу… — Она потерянно оглядывается.
— Не знаю, — перебиваю я, пнув ногой тапок Деборы под шкаф. — Тебя не должны были селить сюда. Моя соседка…
Знаю, получилось несколько грубовато, но я действительно несколько растеряна. Не рассчитывала, что новая соседка появится так быстро. Я и от прошлой не отошла.
— Она умерла сегодня, — Несси снимает промокший плащ, аккуратно складывая его на стул. Её голос звучит спокойно. Кажется, стресс прошел, и Несси взяла себя в руки. — Я ехала на пароме с магстражем. Он всю дорогу обсуждал по магфону произошедшее
Кусаю губу, наблюдая, как ладонь Несси скользит по покрывалу на кровати Деборы. Теперь оно никому не нужно, как и остальные вещи моей бывшей соседки. Это понимание заставляет особенно остро чувствовать, произошедшую трагедию.
— Замдиректора предложила выбор: здесь или в комнате, откуда сегодня на пароме уехала третья соседка. — Несси поворачивается, и я замечаю её неестественно прозрачные и холодные глаза. — Я подумала, что твоей погибшей подруге уже всё равно, а живым тесно втроём.
— Она не была моей подругой… — бормочу я, разглядывая ногти и, почему-то ощущаю иррациональную вину за это.
— Тогда проблем совсем нет? — Она тянется к шкафу, но я резко одергиваю.
— Только её вещи не трогай. Хотя бы пока Иначе… — Я морщусь, вспоминая про Джаспера.
— Тот злой красивый парень? — Она фыркает, доставая пижаму. — Поняла. Мне просто нужна кровать.
Её спокойствие кажется таким необычным. Она будто переезжает в обычное общежитие.
Через пятнадцать минут дверь тихо приоткрывается. Мирс Амалия входит с двумя помощниками в серой униформе.
Она сдержанно кивает нам и раздаёт указания своим сопровождающим.
— Коробки здесь, — говорит она. Мужчины аккуратно складывают платья Деборы, ее обувь и милые сердцу мелочи, которые никогда в жизни ей больше не пригодятся.
— Джаспер просил не выкидывать её вещи, — выпаливаю, прижимаясь к стене.
— Он знает, где меня найти, — мирс Амалия поднимает шкатулку с инициалами «Д. Л.». — Но сначала их проверит магстраж. Может, найдутся ключи к её… — Она замолкает, глядя пустым взглядом в пространство, — … решению.
Несси молча наблюдает, как исчезают следы Деборы.
Когда правая сторона комнаты принимает нежилой вид, Несси, как ни в чем ни бывало разбирает чемодан и наливает в безликую черную кружку чай из моего чайника.
Я отрешенно смотрю на это со своей кровати и понимаю, Даркленд изменился. Ничего не будет как прежде. Вместе с Деборой ушла эпоха, которую создали они с Джаспером.
Наверное, неправильно так думать, но я испытываю облегчение, потому что мне теперь жить станет определенно спокойнее.
Глава 2
Джаспер
Бреду по пляжу, ноги вязнут в мокром песке, как в холодной каше. Волны швыряют под ноги обломки ракушек, но я даже не смотрю вниз — просто тащусь вдоль кромки воды, пока солёный ветер не начинает жечь губы. Рубашка слишком тонкая и не спасает от пронизывающего солёного ветра, но мне всё равно, я упрямо бреду вдоль кромки воды, не обращая внимания на холод.
Грохот прибоя сливается со звоном в ушах. Стараюсь не думать о том, что Деборы больше нет. От этого в груди образуется ледяной комок. Любил ли я ее? Нет. Но мы с ней были на одной волне до определенного времени. Делили постель и демонов. Это достаточно много, чтобы испытывать боль сейчас, когда Деборы не стало.