Алиса почувствовала, как в груди разгорается огонь. Она больше не могла молчать.
— Вы специально создаете эти «ошибки», — произнесла она ровным голосом. — Это не проверка, это игра. И вы хотите, чтобы я чувствовала себя виноватой, даже когда делаю все правильно.
Его улыбка погасла. В комнате стало еще тише. Он медленно поднялся, обошел стол и остановился совсем близко.
— Поосторожнее с тоном, мисс Браун, — прошептал он, наклоняясь так, что она почувствовала запах его духов, горьковатый и тяжелый.
Она собрала в кулак весь свой страх.
— Я не ребенок из школы. И не ваша игрушка.
Эти слова были, как вспышка спички. Его лицо перекосила улыбка, в которой уже не было никакой игры.
Внезапно он схватил ее за горло и резко прижал к холодной стене.
— Знаешь, почему я издевался над тобой в школе? — его голос стал глухим, почти животным. — Не потому, что боялся, что ты расскажешь о моей тайне, нет. Мне нравилась твоя реакция. Слабого, загнанного в угол зверя.
Его пальцы сильнее сжали шею. Алиса закрыла глаза, борясь с волной паники.
— Мне нравилось, как в тебе ломался стержень, — продолжал он, как будто смакуя каждое слово. — Если бы ты дала отпор, мне стало бы неинтересно. И все закончилось бы быстро. Но ты так боялась меня. И именно это держало меня рядом, поэтому делай так и дальше, бунтарство тебе не идет.
Он вдруг отпустил ее, словно ничего не произошло. Она глотнула воздуха, прижимая ладонь к горлу, пытаясь обуздать дрожь.
Джон спокойно вернулся к столу и сел в свое кресло, уже снова холодный и уравновешенный.
— На завтра подготовьте мне документы для совета директоров, мисс Браун, — сказал он обыденно, как будто только что не сжимал ее горло. — И не забудьте: я люблю, когда мои секретари все делают безупречно.
Алиса вышла из кабинета на ватных ногах. Ее сердце билось так сильно, что казалось, оно вырвется из груди. Она знала: это была только первая трещина. Он больше не скрывает правил игры.
10
День подходил к концу, когда Алиса снова оказалась в кабинете Палмера. Папки на столе, его холодный взгляд, ироничная улыбка.
— Вы начинаете меня удивлять, мисс Браун, — его голос звучал почти нежно, но каждое слово резало. — Вчера вы сделали лишний шаг самостоятельно. Я даже подумал: неужели вы решили играть против меня?
Он наклонился ближе.
— Помните: в шахматах пешки, которые думают, что могут действовать самостоятельно, долго не живут.
Алиса сдержала дрожь.
— Я не пешка, — сказала она. — И если вы думаете, что я позволю вам снова ломать меня, то ошибаетесь.
Его лицо резко изменилось. Казалось, еще мгновение — и он повторит вчерашнюю сцену. Но на этот раз он только ударил ладонью по столу, заставив ее вздрогнуть.
— Вон из моего кабинета! — рявкнул он.
Она вышла, чувствуя, как сердце бьется где-то в горле. И именно тогда услышала:
— Не принимай близко к сердцу. Он всегда был таким.
Алиса резко обернулась. У окна стоял Дино. Тот самый. Один из ближайших друзей Джона из школы. Он почти не изменился: крепкая фигура, темный костюм, в глазах — холодный блеск человека, который не раз видел чужую кровь.
— Дино… — ее голос задрожал. — Ты?
Он кивнул.
— Давно не виделись.
В памяти вспыхнули картинки: школьные коридоры, смех, его спокойный взгляд со стороны, когда Джон унижал ее. Он никогда не помогал. Но и никогда не смеялся вместе с Джоном. Просто стоял рядом, молчаливый и темный.
— Странно слышать от тебя… поддержку, — Алиса скрестила руки на груди. — Ты же тогда тоже был одним из них.
Дино пожал плечами.
— И остаюсь, — отрезал он спокойно. — Я из той же семьи, что и Джон. Мы оба знаем правила. Но есть вещи, которые я не трогаю. Женщины. Дети. Для меня это табу.
Его слова прозвучали грубо, почти брутально, но в них не было фальши.
— И что теперь? — спросила она с горечью. — Ты вдруг решил сыграть в спасителя?
Дино слегка улыбнулся, но в его глазах остался холод.
— Спасителя, нет. Но я видел, как он только что на тебя накричал. И скажу честно: если он сорвется снова, лучше будь готова. Потому что Джон не останавливается, когда чувствует слабость.
Его слова ударили сильнее, чем любая поддержка. Это не было сочувствие. Это было предупреждение.
Алиса молча кивнула. Ей было странно слышать его «на стороне», но еще страннее было осознавать: даже такой, как Дино, видел опасность в Джоне.
Она покинула офис позже всех. Город пульсировал неоновыми огнями, машины рассекали ночь, а внутри Алисы шла борьба.