Клетка
- Мам, смотри!
Девочка подалась вперед и прижалась к витрине. Там, за стеклом, ей на встречу бросилось животное, радостно высунув язык. Зверек выглядел болезненно, но был вне себя от радости. Семейство последовало за девочкой и остановилось у витрины.
- Мам! Мам! – не унималась девочка – давай возьмем её домой.
- Вот еще! – одернула девочку мать – эта зверушка будет ходить в туалет по всему дому, где вздумается. И болезни переносить. Хватит на нее засматриваться и пошли уже. Холодает.
Мама взяла расстроившуюся девчушку за руку и потащила ее прочь от магазина. Отец семейства задержался, глядя зверюшке в глаза. Он читал в них надежду, но все что смог сделать глава семьи, это лишь дернуть плечами, поджать губы и качнуть головой, якобы говоря: «Прости дружок, просто сегодня не твой день».
Семейство Блэкстоунов остановилось на светофоре и Дерек Блэкстоун, наконец, нагнал своих любимых. Он утешительно погладил дочь по голове, улыбнувшись ей, и тихо шепнул матери:
- Скоро праздник, Зимнее Торжество – он улыбнулся, зная, что его жена всегда пасовала перед подобной мимикой – девочке так хочется питомца, может, возьмем ей?
- Не знаю, Дерек – Джина устало выдохнула и впервые сменила строгость, на тревогу – это ведь такая ответственная работа, а ей всего лишь шесть.
- Как по мне – все так же тихо говорил отец, приглаживая волосы дочери – самое время. Понятное дело, не без нашей помощи, но, я думаю, зверек привнесет в наш дом немного тепла и уюта.
Однако Джина лишь отмахнулась.
- Я не собираюсь убирать дом лишний раз – раздраженно сказала она – я и так делаю это слишком часто. А когда ты в отлете, становиться совсем уж сложно.
Дерек поджал губы, выражая сожаление, и не стал продолжать. Его каждый раз мучила вина, за то, что он так долго бывает в отлучке, когда Центр получает разрешение на очередную космическую экспедицию. Наконец, загорелся зеленый свет, и семейство перешло дорогу, прямо под воздушной трассополосой, где во всю пространство и воздух рассекали машины и грузовики, оснащенные гравитационным ядром. Малютка Энни шла в припрыжку, заметно повеселев после сурового отказа, а Джина с беспокойством поглядывала на Дерека. Она, как, собственно и он, боялась, что ему придется покинуть семейство в грядущее Зимнее Торжество.
- Я уже приготовил подарки – словно уловив мысли жены, Дерек попытался сменить тему – осталось каких-то три дня, и мы, все вместе, полетим на Андромеду, чтобы провести Торжество с твоей семьей.
- Надеюсь, так и будет – Джина понурила взгляд, выражая свою обеспокоенность.
- Да ну – с уверенностью ответил Дерек, приобняв ее за плечи – за три дня до Торжества никто не вызывает астронавтов, это против правил. Исключения, конечно же, бывают, но, думаю, в этом году все будет хорошо.
Она улыбнулась и поцеловала его, чем очень сильно рассмешила дочку.
***
Дом Блэкстоунов располагался в благоприятном районе, откуда открывался хороший вид на город. Сам Ривертаун выглядел угрюмым, несколько обветшалым, после долгих сезонов ураганов и штормов, но по ночам он одевался в теплые, оранжевые огни, убаюкивая своих жителей нежным светом и источая покой. Проведя время за семейным ужином, и хорошенько утомив малютку Энни играми и баловством, Дерек устало сидел у камина, поглядывая на танцующие языки пламени. Где-то за окном раздался рев очередного межпланетного лайнера, покидающего Олимпию, направляющегося, скорее всего на Артемиду – ближайший обитаемый спутник Олимпии. На соседнем спутнике – Ариэль, жили родители Дерека и Джины. Огонек весело потрескивал, успокаивая астронавта своими звуками, кресло как никогда казалось ему еще более мягким, за все время, как он в нем сидел.
Прошло всего две недели, как он вернулся из очередной экспедиции, а он все никак не может привыкнуть к комфорту домашней жизни. Сонно клюя носом, он едва не засыпал в удобном, мягком кресле, пока не проснулся от нежных объятий жены.
- Пора тебе в кровать, ковбой – она добродушно улыбнулась и поцеловала его в щеку. Только сейчас Дерек заметил, что на Джине был элегантный, шелковый халат, который она, несомненно, надела для него.
- Полгода в холодном космосе не сказались на тебе, верно? – она снова поцеловала его и поманила за собой. Лишь улыбнувшись, Дерек не смел, противиться зову своей красавицы-жены.
В космосе нет звуков. Это удручало Дерека больше всего. Ему из раза в раз снится один и тот же сон, в котором он тонет в пучине звездного пространства, словно падая в бесконечность, и из его рта не вылетает ни единого звука. Он машет руками, чтобы позвать на помощь, но скафандр слишком тяжелый, и гравитации нет, чтобы жесты были отчётливыми. Он просто тонет, отдаляется от взорвавшегося корабля, падая в неизвестность и моля о спасении. В холодном поту Блэкстоун проснулся, скинув одеяло на пол, тем самым разбудив жену. Джина поежилась от холода, и, сонно спросила: