Сара быстро активировала магические камни, чтобы в комнате стало немного светлее. Благодаря магическому свету, она смогла разглядеть, что у так называемого альма Местре недоставало одной руки. Сердце девушки тут же жалобно сжалось, мысленно она представила себе, как незнакомец отважно потерял руку в сражении за Сесрием.
Отсев от Сары достаточно далеко, чтобы иметь возможность говорить и не быть услышанными, Талина и Лука тяжело посмотрели друг на друга.
- Ты изменилась, - проговорил он. – Стала выше…
- Кто это сделал с тобой? – упрямо спросила она совсем другим голосом. Полным сожаления, боли и даже обиды. Ведь Лука всегда оставался в её памяти красивым высоким мужчиной, с гордо расправленными плечами, сильным телом и завидной статью.
Сейчас же перед ней сидел искалеченный человек. И принять такое казалось невозможным.
- Странно, что ты полагаешь, будто кто-то виноват в моих ранах.
- Это раны не от сражения, - проговорила она сухо. – Это отметины пыток и издевательств. Я не слышала, чтобы королевских альмов захватывали в плен. Воины Фисталисы сражаются под лозунгом «никого не оставлять в живых», - её взгляд становился пронзительнее. – Я привела достаточно аргументов?
- Ты злишься.
- Очень. И разозлюсь ещё больше, если ты не скажешь мне правду, - предупредила она, подавляя эмоции в голосе. Иначе бы их разговор перестал выглядеть, как беседа двух старых знакомых. – Кто это был?
- Я… это сложно. Так просто и не скажешь.
- Тогда скажи сложнее, - Талина не оставляла ему шансов для отступления. Ни ему, ни Барсаму.
Он вздохнул, сдаваясь. Новые раны отучили Луку от упрямства.
- Тогда… тем летом… из Филатии я уехал в Орикс, - поведал он то, что Талина и без него прекрасно знала. – Сначала хотел пройти испытания и пойти на службу во дворец, - Лука видел, как лицо его собеседницы выражает её верные догадки. – Да, Тали, я думал, что та смогу приблизиться к Раф… ней и защитить её от... Но это был долгий путь. Даже с письмом от эвергена.
Её сердце сжалось, как от страха. Талина не желала ничего предполагать, потому что в голову лезли ужасные вещи. Ей чудилось, что Лука то мог попытаться выкрасть Рафталию, то убить Айдеста.
- Я потребовал свою невесту обратно.
Что-то внутри словно оборвалось.
- Что? – охнула Талина. – Это же…
- Глупо, - добавил за неё Лука.
- Невероятно глупо. Настолько, что зубы сводит. До этого даже…
«Отец… отец говорил о праве Авеля потребовать меня обратно… о боги, мировая магия… в голове не укладывается!»
- Да, ты права. Это было слишком, - он опёрся локтем оставшейся руки о стол. – Моё заявление ошеломило всех, я думаю.
- Не сомневаюсь. Такой повод для сплетен. И…
Лука отрицательно покачал головой, желая, сказать всё самостоятельно.
- Принц… нет, пора признаться, - его голос стал ещё тише. – Рафталия бросила меня в темницу. По его наставлению, понятное дело. Сама бы она не дошла до такой жестокости. Ты же её знаешь.
«Вместо того чтобы объяснить ему, что он не прав, она… это… точно моя сестра?» - засомневалась в его словах Талина, воздержавшись от резких суждений вслух. Она была слишком потрясена, чтобы давать волю нечаянным горячим словам.
- А потом со мной сделали всё… это, - он не стал перечислять подробности вынесенных пыток.
- И руку? – она в ужасе смотрела на Луку. Потихоньку до неё доходило, какой ужас ему пришлось вынести за желание спасти Рафталию.
Он отрицательно качнул головой.
- Это уже потом, когда меня отправили на охоту на монстров. Его высочество кронпринц весьма изобретателен, когда хочет избавиться от кого-то. Мне удалось сбежать. В Олегии мы часто имеем дело с чудовищами, я знал, что делать. Это меньшая плата за жизнь, поверь. Я давно перестал сожалеть.
- Так… поэтому я не знала, что ты здесь, - Талина попыталась уйти от темы искалеченного тела Луки. Она могла обмануть внешним спокойствием, но не убежать от самой себя. Её мутило от рассказанной истории.