Сейчас, когда они сидели, ей становилось понятно, что проблемы у мужчины не только с рукой и шрамами. Ему трудно давалось сидеть прямо и держать голову. Если его речь оставалась чистой, то всё тело явно ломилось от неудобства, может, и боли тоже. Говорить о его ноющих ранах казалось ей подобным ножу, вскрывающим их снова. Однако она должна была узнать того, кто сделал с Лукой непоправимое.
Оставалось понять, что делать с ужасной правдой?
- Да. Эверген принял меня обратно и сохранил всё в секрете. Теперь я стану Местре, чтобы…
- А Дамиан? – Талина решила уточнить всё разом, чтобы успокоить собственную тревогу за Луку и его искалеченную жизнь.
- Ему всё равно. Пока я не доставляю проблем, его всё устраивает, - немного равнодушно ответил он, словно речь шла о ком-то другом, кого он даже не знает толком. – Но если за мной кто-то придёт, он не встанет на мою сторону. Да, и я не позволю. Ни ему, ни Авелю.
«Звучит так, словно готов умереть», - ей стало не по себе от пришедшего понимания.
- Так… знаешь, живя рядом с вами, я всегда думала, что Авель когда-нибудь сделает что-то ужасное, - призналась она, борясь с желанием отругать Луку. Накричать на него и назвать тысячу раз дураком. Только крик её ничем не мог помочь или что-то исправить. – Авель был такой неугомонный и прямолинейный. Словно лавина снега, ломающая всё на своём пути. У меня в голове не укладывается, что всё это случилось с тобой. С тобой, всегда спокойным, рассудительным.
Он усмехнулся.
- Я тоже удивлён. Сейчас, когда пелена спала с моего сердца, я понял, что был одурманен. Без понятия, чем именно. Но с тех пор, как я представил себе спокойную жизнь с повзрослевшей… с ней, что-то в моей жизни пошло не так.
Талина испытала чувство вины.
- Решение с двойной свадьбой? – спросила она тихо.
- Нет. Я и раньше думал об этом. Когда вы появились здесь, мне захотелось её защитить. Робкую, заикающуюся девочку. Может, я хотел её спасти, - он вздохнул. – Мало кто мог бы взять её замуж… когда-то великий эверген спас нас с Авелем.
- Так вот оно что, - догадалась Талина.
- Да… да, я решил, что раз мою жизнь спасли, то в качестве платы я должен спасти всех, кого смогу. Тали, даже после всего… нет, - остановил он себя. – Особенно после всего, я думаю, как раньше. Орикс уничтожит её.
«Если это уже не случилось, - Талина не могла отделаться от мрачных мыслей. – Как ты можешь продолжать, Лука? Почему ты не ценишь то, что дал тебе мой отец?»
- Только неважно, что я думаю, - Лука вновь показал, что перестал быть упрямым. – Что ты думаешь о кронпринце? – задал он очень странный неожиданный вопрос. – Ты же тоже…
- Ничего хорошего, когда вижу, что с тобой сделали.
- Нет, ты не понимаешь… как он относится к ней?
«Значит, ты ещё беспокоишься о ней, - поняла Талина. – Не за прощением ты пришёл. Я вижу это. Не прячь глаза».
- Мне трудно что-то говорить о его высочестве, - начала она, не желая, отвечать отказом на важный для него вопрос. Может, этот вопрос был последним от него к ней. Может, и разговор тоже. – Я ничего не могу говорить о его благородстве и смелости. Однако своё он защищает всеми доступными способами. В тот день, когда… когда он объявил её своей невестой, - Талина боялась назвать имя Рафталии, заметив, как Лука болезненно избегает этого, - это было смело. Ведь его величество ещё ничего не решил. И всё… - ей пришлось напряжённо выдохнуть. – Он не отдал её тебе. И никому не отдаст, мне кажется.
- Не отдаст… всё же ты стала немного романтичной, - проговорил Лука то ли ласково, то ли с укором. – Рядом с ним бесконечное количество женщин. А ведь даже Авель, когда тебя назвали его риемой, прогнал всех от себя.
- Он не кронпринц. А это всего лишь свита, - попыталась успокоить его Талина, мучаясь от вида того, как Лука до сих пор переживает за ту, которая позволила сделать с ним ужасное.
- Они помолвлены, - напомнил он. – Помолка такая же клятва верности. А принц… он…
- Дворец в Ориксе – это не Сесрием, - Талина задумалась на секунду об уместности правды, о которой она думала. Однако настойчивость Луки стирала её желание беречь его от реальности. Если бы реальность была ножом, он бы лично всадил его в своё сердце, так и не поняв всего до конца. Потому что не желал. – Это другой мир, где помолвка становится инструментом. Помолвка не брак. Помолвка говорит о том, что невеста может в любой момент смениться.