Появление Дамиана всё изменило. Прекрасная Тирентия стала тихой и спокойной, как нежное утреннее озеро со спящими кувшинками. Юлиан преобразился, облачился в тяжёлые одежды эвергена и углубился в дела рода Масем. К появлению дочери эверген и его ориема уже казались мудрыми родителями, неспособными потеряться в лесу по глупости.
- В итоге потерялись все мы, - поведал Дамиан, идя рядом с Талиной и Биреосом к родовому дереву рода Масем. – Я понял это, когда нас нашли охотники. А до этого мне казалось, что мы просто гуляем. Отец всегда оставался спокойным и уверенным внешне… моя риема?
- Да, великий эверген.
- Себрилл Авель поведал мне об огненной птице, - раскрыл болтуна Дамиан. – Себрилл говорил, что отцу она очень понравилась.
- Это прекрасно зрелище, - подхватил Биреос. – В Филатии мы запустили одну в небо все вместе.
- Д-да, она была небольшой, - Талина немного насторожилась, не понимая, как Дамиан относится к её магическому дару. О ней и без того говорили много неприятного.
- Вы могли бы запустить огненную птицу для нашего отца? – робко попросил Дамиан. – Конечно, если это… если это не истощит ваши силы… магия огня требовательная, насколько я знаю.
- Верно, магия требует много сил… конечно, я попытаюсь. Конечно, мой эверген, - согласилась она, оценивая степень ошеломления и последующего недоверия со стороны людей, не привыкших к мысли, что женщина может быть магом огня.
Когда близкие Юлиану люди собрались около родового дерева, бывший учитель Талины вновь провёл короткий ритуал, во время которого все помолились ещё раз. Молитву немного переделали. В последних строках выражалась мольба не только о счастливом перерождении, но и о встречи Юлиана и Тирентии, а так же их детей.
Всех детей, включая Талину, Рафталию, Авеля и Луку. На этом настоял Дамиан.
Когда Талина услышала последние молитвенные слова, произнесённые её бывшим учителем, по её щекам потекли слёзы. Дрожащим голосом она повторяла важный ей текст.
- Сплети нити судьбы в одну, крепкую, прочную, вечную.
В воцарившейся тишине Авель, Дамиан и Талина подошли к могильным камням Юлиана и Тирентии. Как единственные дети, пришедшие на прощальный ритуал, они встали на колени, взялись за руки и поблагодарили родителей за жизнь, подаренную им. Дамиан благодарил за своё рождение, Авель и Талина за спасение.
Мария тихо плакала в тени деревьев. Гларфа едва сдерживала слёзы. Лука наблюдал за всем из окна комнаты Талины, откуда та когда-то давно смотрела на родовое дерево и вспоминала о Елене и Агафене.
Пусть этот день был не для этих женщин, Талина осмелилась мысленно обратиться к ним в своей молитве.
Встав с колен, дети рода Масем и прекрасной Олегии расступились. К Талине подошёл сзади Биреос. Он протянул свои руки вперёд, складывая их лодочкой. Стоя к принцу спиной, Талина вложила свои ладони в его и аккуратно вызвала тёплый золотой огонёк. Соединившись с магией Биреоса, он нагрел вызванную им воду, и по земле расстелился водяной пар. Авель призвал свою магию, и в каплях заиграла радуга.
Золотой огонёк нежно оторвался от ладоней Талины и не спеша устремился ввысь. Водный пар с искрящейся радугой последовал за ним.
Три магии возвысились над головами людей, поднялись над кроной родового дерева и доплыли до самой высокой башни старого замка. В этот момент крохотный огонёк вспыхнул с небывалой силой, и из радужного водяного пара появилась полыхающая сияющая огненная птица. Её громадные крылья распластались по небесному своду. Могучие движения принесли тёплый ветер, вместе с которым к земле устремились капли воды, наполненные золотым светом.
Гордый пламенный исполин вытянулся во всю длину и обратился рассыпчатыми искрами. Не долетая до земли, они сгорали в небе, испаряя золотую воду. Искрящаяся радуга погасла. Озаривший небо свет истаял. А крохотные искорки падали и падали с небес.
Талина тихо смотрела вверх, оставаясь в тёплых объятьях Биреоса, обнимавшего её сзади. Ей стало очень уютно и хорошо. Она была дома. Рядом с дорогими и важными для неё людьми. А самый важный человек стоял позади неё, взирая в небо чистыми пурпурными глазами, в которых отражались золотые огни.