- Зимой никто не ожидает, - напомнил он. – И да, в зиму трудно идти. Не только нам. Но и гонцам. И тем, кто следит за нами. Если бы не чудовища в лесах, я бы выбрал весну. Месить грязь нравится немногим.
- Никому, - Талина негромко фыркнула, что никак не сочеталось с её благородным статусом невесты принца.
- А ещё разливы рек и озёр. Сходящий снег, непогода, - перечислял он, поглаживая её волосы. – Самое лучшее для побега.
- Тс-с. Услышат.
- Они далеко, - Биреос проверил место, где сидели Марко, Веспасиан и Сара. – Тем и прекрасен наш сад. Он очень большой.
Талина прильнула к груди своего жениха и посмотрела вдаль с надеждой, что скоро они покинут Филатию. Увидят мир. Новых людей. Другие земли. И старые материки, на одном из которых процветал род кровавых эльфов.
«Начались ли уже войны? – задавалась она непростыми вопросами. – Взошёл ли мой император на трон Галатии? Родился ли его первый сын? Может, и вулкан на Малой Гранде ещё не спит? Хотела бы я побывать на Глории до рождения моего брата. Может, когда я вернусь, смогу рассказать ему, какой она была… Барсам… я скучаю по тебе, очень скучаю».
Талина наблюдала проплывающие мимо ленивые облака. За кромкой неба начиналась далёкая земля, манившая своей свободой. Каждый вечер в увитой плющом беседке они с Биреосом смотрели вдаль, чувствуя, как приближаются новые времена.
Из-за деревьев у статуи одного из вторых принцев Сесриема вышел Альберт. Пожилой мужчина чинно прошёл под ветвями тихих деревьев и предстал перед своим принцем. Пока он добирался до беседки, Талина и Биреос успели принять благородные позы, словно не обнимались только что. Но мятое платье риемы выдавало их.
- Мой принц, - начал Альберт, кланяясь. Его поклон получился настолько глубоким, что длинный рукав его платья коснулся земли. – Вам письмо из дворца.
Биреос напряжённо поглядел на лежащий на серебристом подносе конверт. Из-за опускающейся на сад темени он не видел оттиска печати на красном сургуче. Но пурпурная лента, опоясывающая письмо, чётко определяла отправителя.
Королеву Сесриема.
- Как-то часто я стал получать письма, - с долей пренебрежения проговорил Биреос, вспоминая, что именно совсем недавно мать писала ему.
«Решила сломить меня мольбами? - спросил он у самого себя. – Забыла, что я сын своего отца и не слышу плача?»
- Благодарю, - Биреос проследил глазами за тем, как Альберт ставит поднос с письмом на скамейку.
- Свет, мой принц, - мужчина указал глазами на небольшой круглый камень, лежащий рядом с конвертом.
- Благодарю, - Биреос легко улыбнулся своему слуге. – Ты как всегда предусмотрителен, друг мой.
- Благодарю, мой принц, - Альберт поклонился, замечая, как Талина вежливо кивает ему в ответ.
В очередной раз она заставляла его задуматься.
Мужчина так и не смог понять, нравится ли ему выбор принца? Но упрекнуть риему хоть в чём-то так и не решился. По каким-то причинам она казалась ему достойной невестой его непоседливого господина, ставшего с годами удивительным человеком. Слишком удивительным для того, кто родился в линии короля. А Альберт знал многих принцев и принцесс.
- Я унёс книгу, - сказал он тихо. – В ваше место.
- Были причины? – спросил Биреос так же тихо, зная, о какой именно книге шла речь. А так же о том, что пряталось между её страницами.
- Ориема Вера вновь проявила любопытство, - ответил Альберт сдержанно.
- Хм, следи за ней.
- Каждую секунду её жизни, - его слова прозвучали немного зловеще. В сочетании с лысоватой макушкой и закрученными на затылке седыми волосами казалось, словно Вере что-то угрожает.
Альберт учтиво поклонился, вновь получая кивок от Талины. Почему-то уголок его рта дёрнулся, словно губы пытались сложиться в улыбку. Он не мог скрывать, что затея Биреоса ему по нраву. Будучи в молодости страстным авантюристом, Альберт с радостью принимал всякое участие в планах своего принца. Словно тень он следовал за Биреосом повсюду, подслушивая и подсматривая, как будто глаза его видели всё даже сквозь стены. И Альберт не мог скрыть, как сильно нравилась ему его роль незримого могущественного наблюдателя.
Мужчина развернулся и пошёл обратно в замок.
Биреос небрежно развязал ленту и сломал печать. Достав письмо, он активировал камень и поднёс к странице. Не прошло и минуты, как принц начал смеяться.