- Ты сводишь меня с ума… всё в тебе, - Биреос прикрыл глаза рукой, потирая их, как от усталости. – Почему ты так прекрасна? Я хочу владеть тобой… единолично…
Талина аккуратно обняла его голову руками, позволяя спрятать раскрасневшееся лицо в её волосах.
- Осталось совсем немного, любовь моя, - прошептала она. – Только… ты знаешь мой ответ. Я стану твоей в любой момент.
Биреос немного резко вырвался из плена её объятий, словно бежал от огня, искушающего его. Но принц и так был слишком искушён, чтобы не знать, как сгорать дотла каждый день от страстного любовного пламени собственного сердца.
- Нет, - твёрдо выговорил он, будто возвращая трезвость ума на короткое время до следующего помутнения разума. – Нет, - повторил Биреос, желая сказать «да». – Мы условились. Я могу держать себя в руках.
- Прости.
- Нет-нет, ты, - Биреос хотел сказать, что Талина здесь ни при чём, но проблема заключалась именно в том, что всё происходившее с ним брало начало в ней одной. – Ты позволишь мне обнять тебя перед сном?
Она коротко моргнула, понимая, что имеет в виду её принц между словами.
- Конечно. Я обниму тебя перед сном, - Талина отвела взгляд, испытывая лёгкое чувство стыда.
Они не в первый раз любили друг друга, прячась за плотными шторами балдахина. Но пока Биреос не позволял себе дойти до конца, они оба испытывали смущение, упоминая в разговоре моменты многочисленных актов нежности на грани непоправимого.
- Сейчас совсем стемнеет, - заметил он. – Конец лета какой-то прохладный в этом году. Будто уже осень.
- И дышится не так легко, - согласилась она с ним.
- Может, из-за писем моей матери?
Талина знала, что Биреоса не трогали слова, написанные рукой королевы. Принц понимал, что пишет она, а диктует ей всё её брат.
«Может, дело в Содарии?» - предположила она, вспоминая последнюю карту, присланную принцессой.
Линия фронта растягивалась. Натанию заполонили вражеские войска Фисталисы и Катарии. Два соседних королевства окончательно объединились. Люди говорили, что началась настоящая война.
- Пойдём внутрь, - предложил Биреос.
- Как думаешь… Альберт идёт, - увидела Талина.
- Неужели ещё одно письмо от королевы? – усмехнулся принц.
- Невероятно, если это так. Вначале недели вроде приходило послание, - припомнила она, подбирая музыкальный инструмент, чтобы унести его с собой.
- Мой принц, - Альберт появился перед беседкой и низко поклонился. В его руке мрачно блестел заветный поднос, на котором мужчина подносил письма Биреосу. – Письмо из Орикса.
Биреос внимательно смотрел на конверт. Никакой пурпурной ленты на нём не наблюдалось. Только красный сургуч казался таким же, как всегда.
Доложив принцу о действиях Веры и Веспасиана, Альберт удалился.
Биреос сломал печать, не видя, как Талина сложила в корзинку покрывало, на котором они сидели, и его лиру. Когда она подошла к своему принцу, он нервно посмеивался.
- От кого письмо?
- От Айдеста.
Талина почувствовала, как напряжение разливается по её телу стремительной волной, а к желудку поступает дурнота.
«Рафталия».
- Это приглашение на охоту. Ближе к концу осени. После всех грандиозных праздников, на которых нас видеть не желают, - не без толики яды поделился содержанием письма Биреос. - Какая неожиданность. Визит моего дядюшки явно не остался без внимания. Плохо же он прятался.
- Плохо, - тихо вторила ему Талина.
«Глупец».
33. Мёртвое дитя королевы: красный человек
Второй принц и его невеста прибыли в Орикс ближе к вечеру. Биреос не стал разыгрывать перед Айдестом братские чувства. Не стал заверять его, что неожиданное приглашение в столицу стало поводом для радости или вызвало хоть какие-то эмоции. Биреос предпочёл оставаться холодным и молчаливым. Талине казалось, что так её жениху было легче скрывать негодование и гнев.
Подготовка к их побегу шла полным ходом, и Биреоса очень заботила проблема скрытности и не интересности для королевской семьи. Пока в сторону Филатии никто не смотрел, второй принц чувствовал себя уверенно, спокойно занимаясь перевозкой денег и документов в Антонию и Александрию. Со дня на день Биреос ожидал прибытия гонца из Саила с вестями о кораблях, выходящих из гаваней соседних стран в мировую воду.