- Моя сарсана, - проговорил мужчина, горделиво выпрямляясь. – Пусть мировая магия хранит вашу жизнь в спокойствии.
Талина ощутила настолько невероятное ошеломление, что даже не поняла, как к ней обратились. Она лишь могла во все глаза разглядывать, каким огромным он стал. Его лицо по-прежнему перечёркивал шрам, полученным им ещё в юношестве. К старым полоскам добавились новые, но глаз остался нетронутым, как и губы. Волосы Тристана стали длиннее и будто бы темнее, как и кожа. Брови напоминали две толстые размашистые полоски, углом излома улетающие вверх. И всё лицо переменилось. Черты его стали грубее, прикосновение юношества практически не ощущалось.
Тристан возмужал и стал настоящим гордым альмом.
- А… мой альм, - проговорила Талина, пытаясь оставаться вежливой. – Пусть мировая магия хранит ваш день, - её приветствие получилось менее глубоким, чем Тристана. Но теперь не обратил внимания на слова он. – Так… необычно встретить вас снова, - ей удалось не чувствующими руками принять свой топорик и тут же забыть о дыре, которую тот проделал в дереве.
- Множество лун минуло с того дня, как мы виделись в последний раз, - мужчина тщательно подбирал слова, говоря слишком необычно для себя. Привычно пересыпать речь бранными высказываниями в присутствии женщины воспрещалось.
Талина кивнула, тщетно пытаясь подавить удивление от неожиданной встречи.
- Вы сильно изменились, - проговорила она.
- Стал выше?
- Да, теперь вы очень высокий мужчина, - как послушная игрушка Талина говорила то, что он от неё ожидал. – Гм… мой альм, что вы здесь делаете?
- Я служу в королевской армии, - напомнил он нечто ужасно очевидное. – Возможно, мне впору спрашивать, почему вы здесь?
Талина кивнула, ощущая, что говорит глупости. Ошеломление никак не оставляло её сознание. Может, она и не забывала о существовании Тристана, но точно отвыкла от мысли, что они ещё могут встретиться друг с другом. А тут мужчина неожиданно появился перед ней, как вырос из древнего магического источника.
- Мы приехали по приглашению Ай… его высочества кронпринца, - Талина вовремя вспомнила, что называть Айдеста по имени не стоило. – Его высочество пожелал провести последнюю осеннюю охоту.
- Вы не решились принимать участия?
- Я…
- А, лошади, - вспомнил Тристан.
- Именно, - она легко улыбнулась, продолжая держать неказистый топорик в руке.
Мужчина, казалось, тоже попытался улыбнуться, что не делало его лицо менее строгим. Почему-то Талине стало приятно, что Тристан старается оставаться милым и даже помнит о её нежелании ездить верхом.
- Моя риема! – раздался бодрый звонкий голос Сары, отражающий тонну волнения и даже капли негодования. Биреос строго наказал следить за всеми, кто приближается к его драгоценной невесте. До появления незнакомца воля принца исправно исполнялась. Сара с досадой понимала, что Биреосу не понравится, когда тот узнает, что некий мужчина прошёл через выставленную охрану без особых трудностей и легко заговорил с Талиной, будто они старые знакомые. А ещё больше ему не понравится, что личная служанка риемы проглядела появление альма на стрельбище только потому, что тот воспользовался другим входом. – Моя риема, - девушка быстро приближалась к Талине и Тристану. – Кто этот себрилл рядом с вами? – не испытывая неловкости за свой вопрос, Сара даже не попыталась как-то поприветствовать мужчину.
И Сара имела право на грубость. Являясь дочерью знатной семьи, милая Сара стояла в иерархии титулов выше Веры и Марко. В замке второго принца личная служанка Талины возвышалась над всеми, пользуясь привилегиями семьи и близостью к риеме. Никто не смел напоминать Саре о том, что она попала в свиту Биреоса потому, что до сих пор не вышла замуж, перейдя в возраст «старой девы». Никто из находящихся на плаце альмов не мог призвать её к вежливости или нарочитому показательному уважению. Сара являлась дочерью брата эвергена Агатии, земли, прилегающей своей восточной границей к Филатии. И она отлично осознавала объём собственных привилегий, используя их в нужные моменты, словно неприятные сюрпризы из мешка с жуками.
- А, Сара, это альм Местре. Когда-то давно… - Талина осеклась, осознавая, что уже представляла некого альма Местре своей служанке. – Он жил в Олегии, - она попыталась выкрутиться из ситуации, опустив информацию о том, как Тристан иногда проводил с ней время на стрельбище, делая вид, что чему-то учит её.