- Детей надо в замок!
- Да! Да! Детей надо срочно в замок!
- В лесу детям оставаться нельзя!
Так испуганную Рафталию, которая от страха не могла вымолвит и слова, подхватил мужчина, которого все называли Вехтерилом. Он тут же представился ей и попытался успокоить, используя ласковые слова. Талину подобрал его помощник. Парень сильно побледнел, когда ему доверили ребёнка без сознания. Он то и дело повторял:
- Она же жива? Да? Она жива?
Агафена рвалась поехать с девочками, но когда боль одолела её, она лишилась чувств. Группа мужчин с собаками оправились с ней в домик лесника, чтобы оказать помощь. Впервые Агафену разделили с детьми.
6. Вороны Олегии: великий эверген
- Может, кто-то из крестьян ехал через наши земли и попал в руки разбойников.
- Когда ты последний раз видел разбойников? Ты же лично убил последнего?
Авель нахмурился и посмотрел на своего эвергена, а затем снова на брата, выражая своим взглядом странную неприязнь.
- Платья на девочках не крестьянские, - не дождавшись ответа на свой вопрос, заметил Лука, вернувшись к теме одежды.
Юлиан хранил молчание, наблюдая за своими приближёнными.
- Они такие грязные, что и не разобрать, - буркнул Авель. – Может, они сами дети разбойников.
- Нет у нас никаких разбойников! - шикнул Лука. – Мы прочёсываем леса каждые четыре дня. И стараниями солдат Серенге через наши земли даже торговцы стараются не проезжать. Я не говорю о простых путниках.
Авель тяжело вздохнул, скрестив руки на груди:
- Твои предложения? – он немного с вызовом посмотрел на Луку, чьё лицо покрывала белая двухдневная щетина.
- Без понятия, - спокойно ответил тот, поправляя выбившиеся из хвоста на затылке волосы. – Но у одной из них была сумка с какими-то грязными тряпками и драгоценностями. И меч.
- Пара дешёвых колец с выпавшими камнями и порванная цепочка с разбитым кулоном, - перечислил Лука. - А ещё погнутая серебряная ложка. Больше похоже на хлам, а не на богатую добычу. Особенно то, что ты назвал мечом.
- Мы спросим обо всём у девочек, - заключил Юлиан, осматривая простые камни, которые нашли в одежде детей. Ему порядком надоело переливать воду из пустого в порожнее. Без прямого разговора с неожиданными гостьями шансы разобраться в случившемся стремились к нулю.
- Мой эверген, а если они воровки или бандитки, то можно ли ожидать честного ответа? – не успокаивался Авель, отказывающийся верить в чудеса, убеждающего его, что разбойников в Олегии не существует.
Лука промолчал на этот раз. Он прекрасно понимал брата, ведь их родителей убили разбойники, желавшие поживиться скромной добычей, не ценнее булыжников на столе эвергена. Если бы не эверген Масем, то Лука и Авель давно бы стали либо грабителями, либо трупами. Авель ненавидел воровской люд всеми фибрами своего духа, о чём никогда не молчал. Лука разделял взгляды брата, однако, предпочитал не видеть в каждом незнакомце потенциального преступника, которого нужно прямо сейчас отправить в лоно мировой магии, пожелав ему неприятного перерождения.
Юлиан Масем, правитель Олегии, покачал головой в ответ на вопрос Авеля.
- Говорят, с ними была ещё женщина? – вспомнил Лука.
- Да, она осталась в доме лесника. Наши ранили её, не разглядели в тумане, - последние слова Авель проговорил немного смято.
Ранить женщину или ребёнка в Олегии считалось тяжким проступком.
Юлиан нахмурился ещё больше и кивнул братьям:
- Прошло почти два дня, пора прояснить ситуацию. И выбросите это. Это просто камни из леса, - он указал на булыжники, которые Талина нагревала, чтобы Рафталия и Агафена могли ими согреться.
- А если это магические арте…
- Выброси их, пугливая ворона, - Юлиан не дал договорить Авелю.
С этими словами высокий мужчина с глубокими синими глазами, напоминающие о его яркой юности, поднялся со своего места и направился к выходу. Авель пожал плечами, признавая, что не смеет противоречить, и направился следом за господином. Лука замыкал их шествие. Пока что он был единственным, кто успел увидеться с девочками помимо няньки и служанки, которых к ним приставили. Но поговорить так и не удалось.
Старшая сильно заикалась и дрожала от страха, как берёзовый листочек на ветру, стоило попасться ей на глаза. А младшая так и не пришла в себя. Сначала все думали, что это из-за раны на её переносице. Но та оказалась неглубокой и после применения мазей и бальзамов стала толстой розовой полоской. Прибывший вчера вечером из леса лекарь предположил, что у девочки магическое истощение.