- Талина, - позвал её эверген, не желая, чтобы она продолжала.
- Он бил её. Он бил её дальше, будто она была ещё жива. Пинал и бил по… - она опустила взгляд, сильно волнуясь. – Рафти стала заикаться… это пройдёт, я точно знаю. Просто нужно… нужно немного времени.
- Талина, - позвал он вновь.
- Мой эверген, это пройдёт! – её голос внезапно сорвался на короткий крик. – Я знаю, это пройдёт! Рафти ещё может выйти замуж за принца! Я точно это знаю, - её охватило отчаянье. Ей вновь захотелось сказать о том, что она читала эту проклятую книгу и просто знает обо всём, что случится. Но в прошлый раз она просто умерла за сказанную правду. – Она может.. я обещаю! Когда она успокаивается, это проходит…
- Талина, - Юлиан перехватил её дрожащую руку. – Талина? Посмотри меня. Посмотри… Это неважно.
Она непонимающе смотрела на него, сдерживая слёзы. Талина никогда не подозревала, что смерть Елены может вызвать в ней такие чувства. Никогда не думала, что наступит момент, и сожаление о её смерти охватит её. Будто она не спасла собственную мать.
- Это…
- Ты дрожишь, милая, - заботливый голос пронёсся рядом с её ухом.
Юлиан аккуратно держал девочку в своих объятьях, давая знак Гларфе, чтобы та оставалась за дверью.
- М-мой…
- Это всё сейчас неважно, - повторил он, поднимаясь со своего места. – Ни принц. Ни недуги твоей сестры. Всё неважно, дитя. Прямо сейчас это больше неважно. Ты хорошо постаралась. И теперь я тоже всё знаю, - он медленно понёс её в комнату, где она недавно спала. - Тише-тише. Всё позади. И Серенге, и лес, и чудовище. Всё позади, - осторожно эверген похлопывал по спине сотрясающуюся в рыданиях маленькую девочку. – Всё позади. Теперь ты здесь. И твоя сестра тоже. Всё хорошо. Всё хорошо.
- Рафти… - пикнула она, не сумев договорить.
Талина невольно обнимала его за шею, пытаясь не реветь во весь голос. Слёзы же противились её решению, продолжая бежать по щекам и шее. Так плечо Юлиана становилось мокрым, но мужчина не обращал на это никакого внимания.
- Всё хорошо, - тихо повторял он. – Ты в безопасности. И Рафти тоже.
Юлиан слегка покачивал Талину на руках, видя, как в комнате появились Авель и Лука. За ними стояли любопытные служанки и Гларфа.
- Чего уставились? – немного резковато спросил он.
Талина тут же замолчала, как от испуга. Она крепче обхватила шею мужчины, не желая смотреть на тех, с кем он говорил. Чувствуя себя уязвимой и слишком открытой в своих слезах, она могла лишь спрятаться на груди того, кто был сильнее её.
Она впервые за долгие годы позволила себе говорить о сострадании, в котором нуждалась. Впервые за очень долгое время не смогла перебороть собственные эмоции и дала волю слезам.
«Видел бы меня Барсам.. как давно я не плакала?»
Авель встревоженно смотрел на своего господина.
- Мой эверген, но ведь это…
- Серенге же…
- Серенге, - подхватила Гларфа, но не договорила.
- Тихо. Обе сарсаны мои почётные гостьи, - быстро выговорил Юлиан, желая закончить бесполезную беседу поскорей. Ему хотелось вернуться к разговору с Талиной, ведь им предстояло обсудить множество вещей. – В замке вновь появились дети. Позаботьтесь обо всём необходимом.
- И учителя? – неожиданно спросила Гларфа, не понимая, как далеко уходят планы великого эвергена относительно девочек.
На её вопрос Талина повернулась к собравшимся. Её взгляд встретился с глазами белокурого мужчины с многодневной щетиной на лице, норовящей стать белой бородой. Авель поморщился, словно осознал, как пришло время наведаться к цирюльнику.
- Всё необходимое, - повторил Юлиан, отворачиваясь ото всех. – Все вон.
Разговор был окончен.
Авель и Лука немного замешкались в дверях, но в итоге вышли из комнаты вслед за Гларфой, которая осталась снаружи, чтобы наблюдать за действиями эвергена.
- Прощу прощения за неудобства, - пробормотала Талина. – И я очень благо…
- Не сейчас, - мягко сказал Юлиан, коротко вздыхая. – Знала бы моя Тия, что в этом замке вновь появятся дети, сошла бы от счастья с ума.
- Тия… это Тирентия…
- Моя покойная жена, - пояснил Юлиан, не понимая, почему говорит всё это?