Не видя, как стена тумана сменяется чёрным влажным камнем, простирающимся над головой, Талина уверенно шла дальше. Влага на её коже приятно щекотала, давая понять, что вся одежда пропала. Однако ни стеснения, ни неудобства она не испытывала. Только лёгкость в руках и ногах и приятную тяжесть в груди и животе. Место печати раскрывалось. Магия входила в тело, не испытывая препятствий.
- Дафна…
На этот раз имя несло в себе ноты скорби.
- Дафна…
- М-мама? – Талина вытянула белую шею и попыталась пойти быстрее. Ей показалось, что кто-то плачет впереди.
Дымные седые плети тумана заструились по чёрным камням, уводя Талину вглубь то ли пещеры, то ли очень тёмной комнаты.
- Моя Дафна, - закрыв глаза, прошептала женщина. Её руки скорбно оплетали распухший живот, а на платье ярким алым цветком распускалась кровь.
Талина остановилась, завороженная необычным видением. Она точно знала, что перед ней императрица Галатии, потому что тысячи раз видела её необычный лик на строгих портретах. Однако сейчас это словно была какая-то другая женщина в теле супруги императора. Без строгости и надменности. Мягкая и нежная.
- Дафна…
В груди Талины что-то кольнуло, сжимаясь в плотный тяжёлый ком. Захотелось выдохнуть весь воздух, накопившийся в груди. Розы в животе сменились камнями. Холодными и чёрными, как побережья Малой Гранды.
Густые дорожки тумана ползли по стенам и полу, усеиваясь кругом у подола платья императрицы. Она плакала, по-прежнему закрывая живот ладонями. Её белые крылья, как пуховые облака, лежали за её спиной.
- Апостол, - прошептала Талина.
Стоило ей произнести это слово, как императрица открыла глаза и резко посмотрела в её сторону, будто увидела добычу. Однако взгляд её тут же смягчился и стал немного изумлённым.
- Дафна? Почему ты…
- Д-да, мама. Я здесь. Я… в… я здесь…
Талина сначала хотела сказать, что она попала в книгу, что у неё неприятности, и она никак не может вернуться домой. Но какое-то чувство подсказало ей, что у неё просто нет на это времени.
- М-мама… мне страшно… мне страшно, мама, - болезненно-умоляюще прошептала она. – Я… потерялась… я… хочу домой…
- Великий боги, почему он продолжает делать это с моим ребёнком? – взмолилась императрица, поднимаясь с пола. – Почему… почему он мучает тебя? Где твой страж? Где твой брат…
Она протянула руки, как для объятий, обрывая свои слова. Казалось, будто женщина так же почувствовала, что у неё нет времени на вопросы.
Сначала Талина замешкалась при виде окровавленного платья. Но боль в груди сжалась ещё сильней, заставив сделать первый шаг. За ним последовал второй и третий.
- Мама… мама! Мама! Мама! – она бежала, но расстояние между ними будто не сокращалось. – Мама! Мама… мамочка!
- Дафна!
Иллюзия замедления резко разрушилась, и руки императрицы ласково обняли Талину, даря ей чувство защиты и тепла. На какой-то момент Талине показалось, что она очень маленькая. Как ребёнок лет четырёх или пяти.
- Дитя…
- Мамочка, скажи, прошу, скажи… ты любишь меня? – на глазах Талины навернулись слёзы. – Пожалуйста, скажи мне… умоляю, скажи, ты любишь меня? Мама… ты любишь меня? Мама… мама… мамочка… мамочка…
Звон капель дождя, разбивающихся о плоское дно маленьких чашечек, раздался эхом, напоминая, что сон скоро подойдёт к концу.
- Я люблю тебя, Дафна.
- Мамочка… почему я умерла? – Талина смотрела в зелёные глаза императрицы, видя в них печаль и боль. – Почему я умерла? Кто отнял тебя у меня?
Женщина лишь покачала головой.
- Я люблю тебя.
Талина почему-то зажмурилась, а когда открыла глаза, увидела Елену. Её красноватые волосы, строгую линию губ и полные обречённости глаза.
- Талина…
- Мама!
Крупные капли дождя грозно застучали по дорожному плащу Талины, заставляя проснуться. Словно не зная, где настоящее, а где иллюзия, она недовольно закряхтела. Быстро вытерев глаза рукой, Талина всмотрелась в ночь, замечая ещё горящие костры. Дождь не мог просто так загасить магический огонь. Пламенная стена так же стояла нетронутой, окружая людей.
- Накройте сено!