«Мировая магия! Почти семь недель пути! - возмущённо думала она, искренне сожалея, что отправилась в дорогу с Беком. – Я давно могла бы добраться до Антонии! Вместо этого я валялась в псарнях, свинарниках и подминала задницей мокрую траву на полях, охраняя мерзких ублюдков!»
В мыслях она сильно преувеличивала собственные возможности, не ведая реального расстояния между Александрией и Антонией.
«Проклятье. К счастью, я уже здесь и могу отказаться идти с ними дальше до развилки за крепостью. Сами доберутся. Александрия первый крупный город после Иринии на моей дороге. Здесь должны быть библиотеки. Или храмы, в которых хранят книги. Завтра утром сообщу, что наши пути расходятся. Вечером Бек даст всем денег на гульки. Так я хоть что-то получу, если он решил обмануть меня. А ничего не получу… попрощается со своим вонючим хером, проклятый бабник».
Она вспомнила, как последние дни все странно посматривали на неё, заставляя волноваться и проверять содержимое мешка чаще.
«Что-то они задумали, - не унимались мысли Талины. – Зря я наврала про храмовый артефакт. Смерть отброса могли принять за действие магии смерти и догадаться поискать мага жизни. Такой меня без проблем обчистит. И гадость какую причинит моему телу напоследок. Либо я сожгу его первая, либо он оставит меня калекой… великая магия, как же я давно не практиковалась в обращении магических продуктов в первородную магию. Кажется, будто я вернулась на несколько поколений назад, когда эльфы моего рода забыли, что такое первородная магия, предавшись огню».
Залечив стопы, она выбралась из кадки и принялась за очистку одежды.
«Надеюсь, что человеческий маг жизни не имеет ничего схожего по силе с владением магией жизни гоблинов. Иначе у меня никаких шансов. Он засунет мне мой же огонь так глубоко в глотку, что я не рискну воспользоваться им до конца жизни. И этой, и реальной. После такого лучше сразу вздёрнуться и начать сначала, - Талина сердито вздохнула и огляделась, услышав какой-то шум за стеной. Застыв на несколько секунд, она прислушалась и через время убедилась, что никто не спешит составить ей компанию. – За все мои сознательные годы, проведённые здесь, я редко встречала сильных магов. Авель и Лука хоть и родились со склонностью к магии стихий, но Лука не пользовался магией вовсе, а Авель изредка помогал летать своим стрелам дальше. Поменять солнечный день на дождь ему бы не удалось никогда в жизни. Максимум лёгкое дуновение ветерка в порыве гнева, - она невольно вспомнила день, когда Авель ругался с Тристаном на её глазах. – Тристан не обладает магией. Это не он чаровал браслеты. Скорее всего, чарованием занимался не один маг, а три или даже пять, - её взгляд скользнул по брачным оковам на её запястьях. Зелёный и серый камни слегка поблёскивали в рассеянном свете магического камня, освещавшего угол купальни. - Наверное, самым сильным магом, которого я знала, был Биреос, - не желая думать о Тристане, Талина вспомнила о том, кто причинял её сердцу куда больше боли, чем стыд из-за решения обмануть мужа. – Великая мировая магия бережёт тебя. А я берегу твою магию».
Талина сжала губы, чтобы не рассердиться ещё больше.
Кое-как выстирав туники и плащ, она быстро просушила их огнём и оделась. К ужину спускаться не хотелось, поэтому Талина отправилась к Беку с намерением получить немного денег на «гульки». Но у его комнат встретила «громилу» и «повязку», которые поспешили разочаровать её, сообщив, что торговец уже ушёл на ночную прогулку. И денег особо не оставил. Только пару монет на оплату ужина.
«Громила» и «повязка» гнусно ругались, проклиная Бека, ведь он и их оставил без достойных денег. Заверив Талину, что они пойдут пить, мужчины удалились в сторону питейного заведения, где щедро разливали мутное красноватое пиво, которое, возможно, лишь называлось пивом, таковым не являясь. Разочарованная провалом своего маленького плана, Талина пошла в другую сторону, желая осмотреть улицы, чтобы понять, как дойти в ближайшие дни до александрийского представительства денежного дома Антонии. Но долго Талина не гуляла. На её плечи накатилась жуткая усталость, и пришлось вернуться в гостевой дом. По пути она купила себе пару фруктов и большой кусок сероватого рассыпчатого хлеба с зёрнами и травами внутри.