- Мой господин, - она вновь взяла его за обожжённую руку. – Её высочество скоро вернётся. Я слышала, что за ней послали три письма. Госпожа Оливия и госпожа Каталина выразили готовность помочь. Мы уже послали братьев Лафалье по дорогам, которыми, предположительно, её высочество отправилась в Романию. Есть… есть подозрения…
Она замолкла, будто испугалась чего-то.
- Подозрения? – шелохнулся принц.
- Нет-нет, мой господин. Я нечаянно сказала не то…
- Говори.
- Нет, я не смею, - спохватилась Луиза Карлота, отнимая руки. – Я…
- Говори, - настойчиво повторил Айдест. – Я приказываю тебе!
Луиза Карлота потупила взгляд, изображая испуг.
- Если я скажу, королева накажет…
- Королева? Проклятье, Луиза! Разве королева может что-то сделать тебе? Ты забыла, кто я?
- Нет-нет, мой господин!
- Луиза! – Айдест резко встал, едва не толкнув женщину коленом. – Если это касается Содарии, только посмей утаить от меня хоть что-то!
- Королева поддерживает вашу супругу, - выпалила Луиза Карлота.
Повисло молчание. Все застыли, словно манекенов в комнате стало три.
- И? – Айдест переборол в себе желание осадить женщину напоминанием, что не считает Рафталию своей супругой, что их так и не соединила магия брачных браслетов, а ребёнок в чреве серенгской принцессы не от него.
Луиза Карлота сглотнула, будто бы ища в себе крупицы смелости.
- Кронпринцесса гостила в покоях её величества. Слуги… госпожа Оливия и госпожа Каталина заимели глаза и уши в покоях её величества. Кронпринцесса присоединилась ко двору королевы. Банкир Григорио подтвердил, что из серенгской казны пришли деньги на имя брата её величества. Двор её величества набирает силу и раздаёт привилегии доселе неизвестным тварям. Если так продолжиться, её высочество принцесса Содария никогда не сможет стать вашей супругой. Женщины, ненавидящие её высочество под разными именами, никогда не допустят возвращения её высочества. Даже под титулом ориемы Романии.
Луиза Карлота замолкла, опустив глаза в пол. Вновь повисло молчание, прибивавшее её к полу. Дыхание принца становилось громче. Его ноздри раздувались всё сильнее, вбирая и выдыхая большие порции воздуха.
Почему-то Луизе Карлоте захотелось сжаться в маленький незаметный комочек и исчезнуть. В момент, когда её руки дрогнули от страха, Айдест зарычал:
- Убью! Убью! Убью их всех!
***
«Путь без лошади займёт несколько месяцев, если пойти пешком. Опять пристать к торговцам? Где гарантия, что я не наткнусь на кого-то вроде той шайки? Конечно, магия сбережёт меня. Только, - Талина скривилась, посматривая в крохотное окошко. – Непостижимо. Магическое истощение. Я даже не заметила. Или же ребёнок? Видимо, часть уходит… ничего не понимаю. Это, вообще, настоящий ребёнок? И я могу его даже родить? Я, существо из другого мира, могу привести в тюрьму книги кого-то через мировую линию? Это же… я просто обрекаю кого-то ещё стать заложником этого дрянного места. Может, это ребёнок Терезы? И нет никакой связи с мирозданьем? Я совсем не хочу стать тем, кто заточит здесь ещё кого-нибудь. Это вовсе не утешение, знать, что твоё дитя… - она вдохнула. – Пойти самой дальше? Нет-нет, за несколько месяцев живот увеличится, скрывать, что я женщина, станет невозможным. А если роды начнутся в пути? Рожать в кустах? Я не настолько сошла с ума за прошедшие двенадцать лет. Умереть… вернуться в свои четыре года, начать всё сначала. Может, мысль моя верна, и надо прожить жизнь Терезы до конца?»
Талина застыла, испытывая отвратительные ощущения отторжения собственной мысли.
- Если это так, - прошептала она, - то осталось не так уж долго. Война началась раньше. Я вышла замуж до двадцати. И ребёнок уже здесь. Нет-нет, после рождения сразу началась война. Пришла Содария… неужели, Тристан вернётся раньше? А я почти несколько месяцев катаюсь по Сесриему. Более того, думаю о побеге в Антонию.
Талина резко замолчала, прислушиваясь к шуму колёс и топоту копыт.
«Не в первый раз история Терезы отличается от моей. Возможно, сейчас происходит именно так. Я многое не помню из текста книги. Тереза была беременна до войны. Она… её дитя погибло».
Затылок Талины резко похолодел, ей захотелось обнять живот руками. Ладони сами потянулись, коротко погладив низ живота.