Талина обводила взглядом напуганных людей. Ей казалось, что они не верят ни единому её слову, и только испуг держит их тела неподвижными.
- Я… я исцелю ваши раны. Это я… тоже умею, - она сделала шаг навстречу, замечая, как её спутники пытаются преодолеть страх и не сбежать от неё, как их товарищи.
Талина попыталась сделать вид, что ничего не замечает, а всё между ними, как прежде. Она присела рядом с извозчиком и сосредоточилась на магическом потоке внутри себя. Плод внутри неё помогал ей найти в себе источник магии и достать из него чистую первородную магию до того момента, как та стала огнём.
«Мой император недоволен нашим народом, - подумала Талина, обламывая стрелу и исцеляя рану. – Мы слишком поддаёмся воле огня. А магия едина. Она одна. Нет изначального огня. Нет и изначальной воды. Есть магия, - усиленно поговаривала она про себя, чтобы её попытки исцелить не стали очередной огненной дугой. – Есть магия. Есть я. Есть мир. Есть апостолы. Есть великие боги. Есть незыблемые престолы. Есть само мирозданье. И всё это великая магия».
Талина одёрнула руку, когда почувствовала, что не может держать исцеляющий поток дольше.
- Прошу прощения, это всё, что я могу, - она посмотрела на бледное лицо извозчика.
- Моя ориема, этого более чем достаточно. Пожалуйста, позаботьтесь о других. У меня… больше нет боли, - ответил ей мужчина, говоря неправду. – Я… лошади…
Только сейчас все заметили, что из семи лошадей выжила только одна. Рядом с мёртвыми животными лежали мёртвые попутчики ориемы Местре. В живых остались: она, извозчик, два охранника, одна лошадь и повозка.
Талина вздохнула и перешла к другому раненому.
- Я исцелю вас настолько, насколько могу. А дальше вы возьмёте повозку, лошадь и отправитесь обратно. От заставы мы ушли… далеко. Я надеюсь, до ночи вы доберётесь. Нападавшие… точно больше не придут сюда.
- Моя ориема, мы не можем оставить вас…
- Себрилл Джассер…
- Вы передадите себриллу Джассеру, что благополучно довели меня до границ Романии. Романия опасная земля. Я не удивлена, что на нас напали. И станут нападать снова и снова…
- Моя ориема, в этом и дело! – с нажимом возразил извозчик, продолжавший стоять на коленях. – Вы не дойдёте одна.
- Ты не видел, что я могу сделать? – монотонным голосом спросила она, направляя целебный поток в раны младшего охранника. – Проблема в том, что защитить я могу только себя. На всех сил моих не хватит. А вы ранены. Поэтому… - ей пришлось глубоко вдохнуть, чтобы перебороть сожаление. – Вот. Держите. Больше так оно не сработает, - Талина протянула потемневшее ожерелье. – А вот чудовищ отпугнёт. Оно хранило меня от самого Орикса. Меня и всех, кто шёл вместе со мной.
- Моя…
- Не бойся. Я знаю, что говорю, - она видела сомнение в глазах извозчика. – Это ваша надежда добраться живыми до дома. Я же пойду дальше. Просто покажите мне, где мы.
- Д-да… да, моя ориема. Однако… может, хоть я пойду с вами? – юноша посмотрел на неё чистыми голубыми глазами со страхом и уважением.
- Я не смогу тебя защитить. У меня есть ещё один артефакт. Огненный. И… ты можешь умереть от него, - солгала она. – Поэтому я пойду одна. А вы вернётесь и сообщите себриллу Джассеру, что довели меня до Романии. Главное, вернитесь живыми. Таков мой приказ.
Талина поднялась в полный рост и вновь развязала свой мешок, чтобы достать карту. Ту самую, которую Содария почти полтора года назад прислала своему драгоценному брату.
- Принесите мой лук, - попросила она.
Однако и лук свой Талина отдала мужчинам.
Она знала, что намного сильнее их и никакой лук ей не нужен.
56. Пленники замка Романии: врата
Уйдя от своих спутников в сторону горной дороги, чтобы свернуть на одном из её ответвлений на восток, Талина не один раз повстречала на пути неприятеля. В тот же день в её пламени сгорела очередная банда разбойников и несколько чудовищ, которых более не отпугивала магия смерти в отданном ожерелье. Из-за необходимости идти пешком, Талина стала сильно уставать. На усталость неприятной тяжестью отзывался низ живота. А во время применения магии между бёдер словно скручивалось нечто холодное, пронзающее до самой груди. Талина помнила несколько случаев, когда в её теле появлялся холод. И все были связаны с атаками магией воды или смерти. Но здесь не было никого, кто бы мог сделать с ней что-то подобное.