Марта добавила воды в крупу и принялась мелко резать какую-то траву и побеги осоки. Дети днём добыли не очень много хвороста на границе леса, поэтому поддерживать огонь в очаге было сложно. Марта не хотела тратить много дров на приготовление ужина. Она верила, что война продлиться недолго, эверген и его армия скоро вернуться, и тогда они вновь устроят пир, на котором все отдохнут. А после него эверген возьмёт люд Романии в грубые рукавицы и призовёт к ответственности и честной жизни. А там и с жаровней что-то решат, и с дорогами как-нибудь заладится вновь.
«После их ухода смотрители совсем распоясались… дерут с путников такие деньги, а в казну даже половины не приносят», - с досадой подумала она.
Марта несколько раз ударила ножом по получившейся кашице и добавила её в крупу.
- Эй, Мирта!
- Да, матушка, - упитанная девочка с ясными, как луна, глазами тут же показалась из-за бочек с вином. Её кудрявые волосы блестели от осевшего в них жира кухни.
- Принеси ещё воды. Питьё сделать не из чего.
- Бегу, - бросив колосья в кадку, Мирта вскочила на ноги, отряхнула платье и побежала за водой к колодцу.
«Хорошо, что не застали мы времена, когда рыли канавы», - почему-то вспомнила Марта, горько улыбнувшись.
Она не знала, что хуже: зловонные канавы или же распоясавшиеся смотрители у ворот. И не только смотрители, а весь мужской люд, оставленный в замке для охраны.
Марта недовольно покачала головой, слыша, как внизу собираются охотники. Что-то в их голосах привлекло её внимание. Мужчины разговаривали как-то слишком оживлённо для обычного спокойного вечера.
«Виверну подстрелили? Или опять меренга вылезла у озера?»
Женщина не решилась отходить от варева, оставив свои вопросы на потом.
Раздался резкий звук, небольшая кадка покатилась по полу.
- Сколько раз говорю! Под ноги…
- Матушка! – Мирта практически кричала. – Матушка! Там!
- Эверген…
- Ориема… ориема в замке!
Марта опешила.
- Погоди, у эвергена отродясь не было жены, а матушка…
- У неё грамота! И она… знатная! У неё грамота от… самого… властителя! И брачная грамота от…
- Смотри за кашей! – Марта грузно двинулась к проходу, крепче сжимая длинную деревянную ложку в руке.
Чуть не сбив Мирту с ног, тучная женщина быстро побежала по лестнице, ведущей вниз. Несмотря на свой вес, она легко преодолевала ступени, сначала спустившись в помещение с колодцем, а затем вновь поднявшись, чтобы оказаться на первом этаже. Пройдя ещё немного, она оказалась в большом зале, где обычно ели охотники и смотрители врат. Все они стояли спиной к Марте. Мужчины смотрели на то место, где должен был сидеть эверген. Марте пришлось толкаться локтями, чтобы пробраться вперёд. Благодаря своему сильному телу, она смогла подвинуть даже самых крепких охотников, чтобы оказаться перед той, на которую все смотрели.
- Ба-тюш-ки, - произнесла она по слогам, увидев на скамье эвергена небольшую женщину в мужской одежде.
Одежда скрывала её тело, но длинные волосы, спускающиеся косами до пояса, а так же горделивое лицо выдавали её пол.
Женщина смотрела на всех хищным взглядом. В руке её в свете жаровен и огня практически светилась брачная грамота.
«Не горит в огне и в воде не тонет», - пронеслось в мыслях Марты.
Рука женщины горела огнём, который сердито и старательно лизал тонкий лист.
- Я Талина Леонор Катарина Амалия Местре Романская! Супруга великого эвергена Тристана Местре Романского! Ориема этой романской земли!
Воцарилась тишина. На лице женщины заиграла зловещая улыбка:
- Где моя прислуга?
Один за другим мужчины поворачивались. Опешившая от неожиданности Марта поняла лишь через несколько секунд, что все смотрят на неё.
- М-моя г-госпожа, это й-я, - вымолвила она удивлённо.
- Проводи меня в покои моего мужа. Не желаю больше смущать добрых мужей своим присутствием, - огонь в руке женщины погас. – Желаю приятного вечера, добрые себриллы. За мной, - скомандовала она, бросая безжалостный взгляд на Марту.