Ориема встретила гостей, стоя на балконе по правую сторону от пустующего трона Тристана. Она кивнула, приветствуя мужчин. В этот раз они поклонились ей. Низко, с почтением. Чего не пожелали делать вчера при виде какой-то девки, возомнившей о себе, будто бы она хозяйка в романских землях.
Понимание совершённой ошибки пришло очень быстро.
Талина молчала, не спеша произносить приветственные речи. Гости волновались. В итоге один из них заговорил, подгоняемый взглядами остальных.
- Моя ориема, я, Кир по прозвищу Серый Вол, молю великую магию о мирном будущем Романии. Здесь, - рукой, обмотанной мехом, он указал на небольшой мешок, - восемьсот монет, вырученных за этот день, благодаря дорогам Романии.
- Какого достоинства?
Мужчины переглянулись, не спеша отвечать. Киру прошлось говорить вновь:
- Монеты разные. И в-в Романии принимают только… низкое.
- Восемьсот монет низкого достоинства со вторых ворот, - подытожила Талина. – Сколько людей прошло сегодня через твои ворота, Серый Вол?
Напряжение нарастало.
- А… моя ориема, я… я… не…
- Восемьдесят три, - отчеканила она. – Если не считать меня.
- Ориема… вы…
Талина победоносно улыбнулась.
- Восемьдесят три человека платили тебе по семьдесят монет низкого достоинства. Казна Романии должна получить пять тысяч восемьсот десять монет. Ты же принёс только восемьсот.
- Моя ориема! Остальное ушло на оплату… на оплату… стражи… и лишь немного я взял на еду для своей семьи. Дети… у меня дети…
Собравшиеся смотрели на Кира, не зная, что произойдёт дальше. После вчерашней неприятной встречи смотрители ворот собрались в местной лавке с отвратным пойлом для тех, кто желал забыть последние несколько дней своей жизни. Кир по прозвищу Серый Вол долго наделял разными ругательствами супругу великого эвергена Местре, но в итоге согласился, что идти ему некуда, а в Романии ему живётся не так уж и плохо, чтобы покидать её. Он предложил пойти на поводу у мерзкой сварливой девицы, принеся ей по восемьсот монет, чтобы заткнуть её крикливую пасть.
Но ни Кир, ни другие смотрители, не знали, что весь день Талина провела у третьих ворот, подсчитывая проходящих через них людей. Она следила за их деревянными жетонами, полученными у других ворот. Записывала, названные цены, разнящиеся от человека к человеку. Сумма в семьдесят монет была лишь средней стоимостью, которую назначали люди Кира. За этот день он получил намного больше, чем пять тысяч восемьсот десять монет.
- Как сладко ты запел о семье и добродетели, - проговорила Талина, добавляя словам издевательские нотки. – Что же это получается? Воины, охраняющие порядок в стенах Романии, получают деньги за службу от тебя, а так же из казны. Кому же служат они тогда? Тебе или великому эвергену?
- Моя ориема! Никак…
- Молчать! – рявкнула Талина, копируя Авеля. – Готовишься к тому, чтобы захватить власть в Романии, пока твой эверген сражается на войне за твой зад и тепло для него?
- Моя ориема!
- Молчать! – снова крикнула она, вцепляясь руками в каменные перила. – Передайте всем, кто считает себя правителем моих земель, что ваш эверген – это ваш последний шанс стать частью королевства. Романия – это место, где собираются воры и убийцы, бегущие от топора палача. Если я могу простить вам смерть наместника великого эвергена, то ни властитель, ни его карающая длань не спустят вам ни одного убийства. Что король, что наследный принц ищут повод, чтобы войти в Романию и превратить её в кровавое месиво из ваших паршивых кишок и дерьма. Если великий эверген не вернётся с войны, а я не справлюсь с правлением, кронпринц лично с великой радостью ворвётся в город и вырежет вас всех, как свиней к праздничному дню. Если вы убьёте меня, продадите в рабство, отравите или лишите рассудка, первой об этом узнает кронпринцесса, моя кровная сестра. Магия, завязанная на крови, позволяет нам связываться друг с другом, - смело солгала она. – Как только кронпринцесса поймёт, что со мной что-то не так, кронпринц с радостью ворвётся в Романию, а про свиней вы уже слышали. Даже если вам удастся сделать со мной что-то, о чём не узнает моя сестра, после войны в Романию вернётся мой великий супруг со своей армией и оружием. И тогда здесь случится не просто скотобойня, - её голос стал вкрадчивее. - Несколько дней подряд вы будете ползать у его ног с распоротым брюхом, собирая собственные кишки, на которых вас же и повесят, предварительно выпотрошив, как мешки с дерьмом. Мой возлюбленный супруг устроит не просто кровавую баню, он превратит это место в саму смерть, жестокую, мучительную и беспощадную. Вы все будете умолять его о смерти, однако, эверген вам её не подарит. Вы, все вы будете подыхать медленно и очень-очень мучительно. А перед кончиной целебная магия вернёт вам рассудок и каплю жизни, чтобы вы снова и снова могли пройти круг болезненных мучений от вида и ощущения кишок, вывернутых из вас наружу.