Айдест сел напротив, оказавшись рядом с Луизой Карлотой. Фрейлины принцессы молча окружили Рафталию, наблюдая то же, что и она.
В идеальном образе невероятно любимого мужа, кронпринцессу смущала только одна деталь. Луиза Карлота, восседавшая по левую сторону от него. Сторону сердца, предназначенную для возлюбленной или супруги.
Не Рафталия казалась всем супругой Айдеста. А вторая принцесса Иринии.
«Если бы я смогла отыскать способ убрать тебя», - мелькнуло в мыслях кронпринцессы.
- Не могу сказать, - ответил принц после недолгой паузы. – Решение неведомо никому. Для этого и нужен совет.
Увлечённая собственными мыслями, Рафталия не смогла спросить что-нибудь ещё. В молчании она позабыла содержание заданного ею вопроса.
«Память вновь подводит меня», - ей не удалось улыбнуться и найти новую тему для разговора.
- Как ваше тело?
Кронпринцесса встрепенулась, испытывая волну ошеломления, в котором скрывались удивление и счастье.
Айдест никогда не спрашивал её о текущей беременности.
«Неужели… апостолы и мировая магия услышали мои молитвы? Мой муж вернулся».
Луиза Карлота видела, как изменился взгляд Рафталии, заблестев.
- Благодарю за заботу. Моё тело легко справляется с радостным бременем.
Оливия едва сдержала безразличие на лице, заслышав ложь.
- Ваши слова делают меня счастливым, - проговорил Айдест, приправляя свою речь мягкой нежной улыбкой. – Сегодня прекрасный день, моя ориема. Однозначно, прекрасный.
- Вы правы, - согласилась Рафталия, не замечая, что говорят только они, а остальные молчат. И Луиза Карлота, и её фрейлины, и слуги. – Ваш визит сделал мой день особенно прекрасным.
- Я принёс вам подарок.
- Подарок?
- Да, - без привычного раздражения подтвердил принц. – Он вам очень понравится.
- Несомненно, - Рафталия попыталась улыбнуться, но почему-то лишь покривила губами.
Пока Луиза Карлота смотрела на неё, внимание окружающих перешло на ещё одного крепкого упитанного мальчика в берете с помпоном. Не без помощи менее роскошно одетого слуги он внёс великолепный длинный дорожный плащ, расшитый золотыми лилиями и стеблями полыни. Неожиданное сочетание заставило Каталину вытянуть шею, а Оливию что-то прошептать на ухо подруге. Обе фрейлины таинственно заулыбались, приведя Аграфену в замешательство.
Пока Рафталия рассматривала подарок, не в силах придумать слова благодарности, Луиза Карлота заговорила:
- Великолепный дар, ваше высочество. Я давно не видела такую вышивку. Неужели, она вновь становится популярной?
- Я бы назвал это возвращением к истокам, - самодовольно проговорил Айдест. – Моя ориема?
- Это прекрасно, - прошептала Рафталия, касаясь плаща. – Моё сердце переливается благодарностью и любовью за чудесный дар.
- Ваши слова доставляют мне удовольствие, - вежливо выговорил Айдест. – Сегодня особенно великолепный день, - повторил он снова.
Как только слова о великолепном дне сорвались с его губ, Рафталия ощутила резко упавшее на её спину и плечи напряжение. Рефлекторно она дала знак слуге, чтобы тот унёс подарок, и внимательно посмотрела в глаза мужу.
- Вы говорите так, будто случилось что-то очень радостное.
- Я слышал, что вы сделали важный шаг к осуществлению нашего общего горячего желания, - улыбнулся Айдест настолько обворожительно, что у Рафталии чаще забилось сердце, а по груди разлилась боль желания коснуться его. Он был так близко и так далеко от неё.
Будто заметив тоску в глазах кронпринцессы, Луиза Карлота будто бы вынужденно из-за своего платья придвинулась чуть ближе к принцу.
- Я готова исполнять любое ваше желание, - проговорила Рафталия монотонно, наблюдая передвижения за столом.
- Прекрасно, - сухо оценил он, улыбаясь лишь длинными чуть бледными губами. – Мои желания так же и ваши желания. Признаться, когда мне доложили о содержании вашего письма, моя радость не ведала предела.
Рафталия напряглась, из-за чего мышцы на её шее сильно выперли. Но из-за высокого глухого воротника, привычного для образа ориемы кронпринца, никто ничего не заметил.