Но когда Перикл смиренно проговорил, что камни ожерелья потемнели из-за магии смерти, Айдест испытал страх.
Пока он готовился к встрече с королём, из Орикса выехало два гонца в сторону Романии. Один взял путь, пролегающий через Александрию. Второй – прямо к романским стенам.
Ожерелье братья Лафалье выкупили на аукционе. Какой-то старый проводник пытался продать его, чтобы выручить денег на новых лошадей и лечение. Бедняга сам навлёк на себя беду, объявив ожерелье даром ориемы Романии. Не понадобились даже пытки, чтобы узнать правду о том, где именно старик повстречал ориему и как они расстались.
«Она не могла умереть, - повторил про себя Айдест в который раз. – Она не могла оставить меня здесь. Нельзя медлить. Я должен вернуть её в Орикс. Даже если понадобиться выкрасть её. Я не могу больше ждать».
Просунув руку под голову, принц ещё долго рассуждал о случившемся с ними в последний год. В какой-то момент он стал искать ответы на вопрос, почему они все так неумело выбрали друг друга? Почему тогда, ещё в Олегии, ему показалось, что Рафталия должна стать его ориемой? Почему все мысли в его голове смешались, и что-то внутри него указало ему на женщину, которую он никогда не любил?
В тяжёлой усталости Айдест уснул тревожным сном.
***
Айдест шёл по узкому коридору в направлении к свету, сочившемуся из дальней комнаты. Звук тяжёлой поступи скрывал его дыхание и шёпот его спутников.
Подойдя ближе к незакрытому дверями проходу, ему пришлось остановиться и подождать, когда слуги доложат о нём. А пока тянулось ожидание, до его слуха доносились голоса.
- Не бойся, это смирная кобыла. Она не посмеет ступить и шага без моего приказа. Подай мне руку, я помогу тебе забраться на неё.
- М-мой л-лорд, б-благодарю.
- Не дрожи, Тереза, - мужчина мягко рассмеялся. – Я не позволю тебе упасть. Вот так. Держись крепко.
- В-высоко. В-вы… с-соко.
- Тебе страшно? Даже когда я рядом? Вот и хорошо. Да, пусть войдёт.
Айдесту не потребовался доклад слуги с дозволением войти. Он решительно вошёл в широкое помещение с высокими потолками и множеством окон, как под ними, так и у пола. В замке было мало окон. В основном в надзорных башнях и главных залах. Но здесь окна считались крайней необходимостью, потому что когда-то давно ещё отец лорда создал сад внутри замка для своей дочери. Теперь хозяином сада стал его сын, лорд Ферент. На правах владельца он подарил сад теперь уже своей супруге, Терезе.
- Мой лорд, - Айдест поклонился, поражаясь своим действиям.
«Почему я кланяюсь, когда я принц Сесриема?»
Пытаясь выпрямиться в сопротивлении телу, он не претерпел успеха.
- Тристан, мой верный воин, - довольным голосом приветствовал его лорд. – Подними голову.
Как по приказу, Айдест выпрямился и тут же понял, что стоит вовсе не рядом с Ферентом, а намного дальше от него. Иллюзия сна начала ломаться, как только принц вспомнил, кто он такой.
Однако грёзы окатили сознание Айдеста новой волной, когда он поднял глаза и взор его упал на невысокую женскую фигуру на белоснежной, как пух гуся, лошади.
- Ты…
- Тереза, ты уже знакома с Тристаном.
- Д-да, м-мой л-лорд. В-вы пр… п-представили н-нас ещё з-зимой.
- Точно-точно. Славный был праздник. Зимнее солнце стояло так высоко в этот раз, - вспомнил лорд Ферент, поглаживая лошадь. Кобыла мирно стояла на месте, чувствуя хозяина.
Айдест во все глаза разглядывал фигуру Терезы. Но в какой-то миг, пока лился разговор между Ферентом и Тристаном, что-то странное кольнуло его. И это была вовсе не заикающаяся речь женщины, не её неуклюжая посадка на лошади и даже не странно согнутая нога под струящимся зелёным платьем.
Её взгляд. Полный обожания, интереса и желания, с которым она взирала на мужчину, в теле которого совсем недавно прибывал Айдест.
Присмотревшись к тому, кого звали Тристаном, принц не заметил в нём ничего особенного. Его взору представали лишь спина воина и его длинные иссиня-чёрные волосы. Не желая разглядывать незнакомца, Айдест вновь посмотрел на Терезу, всё ещё восседавшую на лошади. Лорд Ферент протягивал ей руку, помогая спуститься. А когда женщина оказалась на полу, она незаметно получила что-то от Тристана.