Айдест внимательно посмотрел на Пестре.
- Вы пытаетесь мне сказать, что я не смогу взять серенгскую принцессу в жёны из-за четырёх вонючих браслетов?
- Зачарованных брачных браслетов, - с нажимом уточнил Пестре. – Возможно, я смогу найти способ, законный или же нет, заставить Первый Магический Храм уничтожить свидетельствования брака. Найду возможность аннулировать брачные печати или вовсе обратить в пыль все до последней. Это лишь вопрос цены, а богатств у вас в достатке, - его мрачный взгляд потемнел. Луиза Карлота смотрел на гостя и не испытывала ни капли сомнения в его речах. – Однако я не смогу найти того, кто сможет расковать магию браслетов. Брак с вами может убить серенгскую принцессу. Я не берусь судить толкование магии, однако, велика вероятность, что и измена эвергена не пройдёт для принцессы бесследно. Ваше высочество, если вы согласны принять все будущие изъяны принцессы, подложить под эвергена женщину станет вопросом цены, вина и времени. Однако я не могу прогнозировать, какие последствия коснуться принцессы после разлома брачных печатей.
Луиза Карлота хранила молчание, не выдавая ни радости, ни разочарования на лице.
Айдест откинулся на спинку кресла и задумчиво посмотрел в окно. Его глаза заметно потемнели.
- Вы толкаете меня на крайние меры, мой себрилл, - пробормотал он, блуждая взглядом будто во тьме. – Прежде, чем я решу, ответьте мне.
- Охотно, ваше высочество.
- Если один из супругов умрёт, что станет с магией браслетов?
- Ориема станет свободной.
Губы Айдеста тронула зловещая улыбка.
- И наказ эвергена потеряет силу?
- Полностью. Как и настояние эвергена Масема и барона Вайса. Свидетельствование александрийского представительства денежного дома Антонии станет прошлым.
- Что ж, подождать смерти мужа она может и здесь, - пробормотал Айдест. – Мой себрилл, продолжайте свою работу. Наказ не высечен на камне, - он вновь посмотрел в лицо Пестре, не найдя его приятным. На фоне бордовых одежд оно смотрелось желтоватым обвисшим шаром, которого не хотелось касаться. – Любая мелочь, мой себрилл, я должен знать о любой мелочи.
- Конечно, ваше высочество.
- И не забудь о наследии Серенге.
- Разумеется, ваше высочество.
***
Приготовившись ко сну и отпустив прислугу, Талина собралась лечь в постель, чтобы как можно скорее забыться сном. День выдался долгим. Поток просителей не иссякал которую неделю. Пришлось забыть о попытках казаться милосердной и дать Мирте с Бьянкой новые задания.
Талина не знала романцев. Не знала, чем они живут, о чём думают и в чём нуждаются помимо еды, выпивки и развлечений. Она не понимала, как они выживали в романских стенах до прихода Тристана, что делали, когда он ушёл со своей армией на границы Сесриема. Порой её терзали вопросы. Как развивалась Романия в заданных автором книги условиях? Что вписал он в разум людей? Заботился ли вообще о мелочах, составлявших их быт, развлечения и столкновения с магией? Или же пошёл иным путём, дав этому миру только направление?
Эльфийка Талина Грация была в состоянии создать книгу-тюрьму. Она ведала основы колдовства, чарованья и преобразования мировой нити живого существа в узел, призывавший пленника к его клетке. Обучение тайному опасному искусству давалось ей с трудом, хотя она имела успех в познании остальных магических наук. Сложные стихи призыва первородной магии и сковывание её в форму клетки, не имевшей границ, огромной, как целый мир, подобный творениям великих престолов, ещё долго звучали в её голове, когда Талина познала их, казалось, до конца. Шаг за шагом она прошла путь абстрактной магии от формы творения до формы бытия, как по заветам великих престолов, творящих миры по воле мирозданья. Но изучив все этапы, Талина столкнулась с самой сложной частью создания книжных тюрем.