Луиза Карлота улыбнулась. Она сняла с запястья тонкую цепочку с тремя красными камешками и вложила в руку пажа. Рука с цепочкой тут же исчезли.
- Её величество великая королева, - мальчик выпрямился. - И я знаю, почему.
Объяснений сарсане не понадобилось. Её слуги были отосланы. Осталась только престарелая почти глухая няня. Альмов выставили за дверь для охраны снаружи. Слуг Лафалье отправили в дальнюю приёмную комнату.
Прежде, чем Луиза Карлота позволила пажу заговорить, она предупредила:
- Люди, знающие своё место, живут чуточку дольше, юный себрилл.
Гюго, служивший пажом у семьи Лафалье второй год, хорошо знал своё место. Не по своей воле ему пришлось провести подле господ несколько лет в изгнании из высшего общества. К счастью, денежное состояние Лафалье не уменьшилось насколько, чтобы выбросить всю прислугу на улицу. Гюго и вся его семья остались на службе, чинно изображая отсутствовавшее изобилие. Недавно четыре брата прибыли во дворец вместе с Антонио и Амадеем в качестве пажей, а старшая сестра обслуживала ночью то одного господина, то другого. Репутации и власти семьи Лафалье больше не хватало для найма второй постоянной проститутки. Младшая сестра Гюго была слишком юна, чтобы занять её место.
Антонио и Амадей верили в налаживающуюся связь с будущим королём, исполняя все его поручения, даже самые унизительные. Двоих братьев Гюго подарили королеве по распоряжению маркизы Лафалье, мечтавшей заполучить расположение Сибиллы и тем самым вернуть себе место при дворе. Но ничего не вышло. Ещё одного брата Гюго, считавшегося самым красивым из-за прекрасных длинных пепельно-русых волос и чистых голубых глаз, лишь называли пажом, постоянно подкладывая под престарелых благородных себриллов. То служителей храма, то канцелярских писарей, то приближённых короля. Всех, кто помогал братьям Лафалье достигать своих целей. Амадей часто смеялся над Мартинио, говоря, что тот пользуется большей популярностью у мужчин, чем его старшая сестра. Братья Лафалье пробовали все доступные варианты, сулящие им надежду на крепкое положение при дворе и кронпринце, будущие титулы и земли. Время шло, а ни положения, ни титулов, ни земель так и не появлялось.
Гюго пока что не решил, остался он в покоях Луизы Карлоты с целью помочь своим хозяевам или же с надеждой попытать счастья у великой магии, чтобы остаться служить самой обсуждаемой во дворце женщине. Переживший многое за свою короткую жизнь, Гюго видел, насколько жалки попытки Антонио и Амадея добраться до власти. Луиза Карлота куда изящнее шагала по головам и была ближе к принцу, чем кто-либо другой. По крайней мере, её ненавидело меньшее количество людей, чем братьев Лафалье.
Луиза Карлота указала глазами на стул около круглого столика, на котором стояли низкая ваза с цветами, курильница с благовоньями и изящная статуэтка апостола Согдианы, но без крыльев. Редкое воплощение апостола венчало книгу, открытую на странице с молитвой великой магии о рождении ребёнка. Иринейская принцесса быстро закрыла книгу, чтобы Гюго не узрел лишнего. Однако мальчик обладал острым зрением и отличался особенной наблюдательностью. Слух о бесплодности Луизы Карлоты немало тревожил её, заставляя сомневаться в себе, о чём только что узнал один-единственный человек во всём Сесриеме.
Мальчик поклонился и занял указанное место. Няня принцессы коротко очнулась от дрёмы и строго посмотрела на пажа из-под кружева чепчика, но ничего не сказала. Лишь закрыла глаза и вновь принялась дремать. Гюго не думал, что женщина спит, а точно подслушивает. Он не знал, что она практически глухая.
Луиза Карлота заняла место напротив, величественно воссев на стул с высокой спинкой, в которой горели магические камни. Образ сарсаны мягко подсвечивался магией, придавая её коже, волосам и наряду новые краски. О красоте любовницы принца редко слагали стихи, но сейчас любой поэт точно бы сочинил десяток.
- Ты знаешь молитвы? – спросила она.
- Мой старший брат часто молится за здоровье её величества королевы, - начал Гюго. – Его благодарности за службу великой ориеме Сесриема нет конца. Старший брат научил меня некоторым из них.
- И какая была последней?
- О рождении следующего законного наследника великого королевства от крови и плоти будущего властителя Сесриема.
- Все мы молимся о продолжении королевского рода, - кивнула она. – Все мы просим у великой магии милости и чуда о чистой деве из благородного рода. Её высочество покойная кронпринцесса покинула нас. Так и не родив здорового наследника, - подчеркнула Луиза Карлота. – Благо у его высочества будут и другие дети.