«Моя возлюбленная Талина. Тёмные дни опустились на Сесрием, ознаменовавшись смертью великой королевы, моей великой матери. Велика тоска моя. Глубоки мои молитвы об её новом жизненном пути. Далеко мои мысли о ней, о возлюбленном брате и о тебе.
Скоро грядёт год со дня кончины моего драгоценного брата. Одна зима, и наступит год кончины твоей сестры. Великая магия милостива к ним, однако, жестока к нам обоим. Ты потеряла свою мать. Теперь и я свою потерял. Никогда ранее я не мог представить горе, переполнившее твоё сердце. Сейчас же, в этот день, в этот час мне ведомы эти жестокие страдания. Я не ведаю пути их окончания, но обладаю силой их преодолеть.
Возлюбленная сестра моей покойной жены, нашей семье необходимо вновь соединиться над небом Орикса. Пусть супруг твой поймёт глубины этой нужды. А если не поймёт сейчас, я найду слова, чтобы убедить его позже в законности твоего визита в дом, в котором тебя ждёт твоя единственная семья.
Навсегда твой».
Рука Айдеста застыла.
Обдумав что-то, принц вновь вывел своё длинное имя и приписал в самом конце.
«Война жестока. Если мировая магия вновь оставит тебя одну, помни, что я никогда не покину тебя. Я приму тебя. Как мою сестру. Как моего друга. Как мою возлюбленную супругу».
Дописав последние слова, Айдест самодовольно улыбнулся.
- Весьма неприличное письмо. Но ты получишь его, прочтёшь и ответишь. А пёс твой никогда ничего не сделает против.
Губы принца нежно коснулись строчки «Моя возлюбленная Талина». Длинные белые пальцы с ухоженными кругловатыми ногтями в перстнях аккуратно опечатали письмо личной печатью принца, сложили его и вновь опечатали на этот раз печатью короля.
Похабное письмо, унижающее достоинство статуса Талины, как верной супруги Тристана, только что приобрело наивысшую важность.
Айдест довольно посмотрел в сторону окна. За дверью раздался напевный голос слуги, просящий дозволения доложить о прибывшей гостье. Принц слегка нахмурился и остался таким, когда Луиза Карлота вошла в его кабинет.
Иринейская принцесса изящно поклонилась своему возлюбленному и произнесла необходимые приветственные речи. На её плечи легла обязанность завести разговор, поскольку Айдест не утрудился даже спросить о погоде или её самочувствии.
- Мой отец прислал вам несколько писем, - Луиза Карлота хотела бы походить вокруг тревожащей её темы дольше, но её здоровье гнало её в постель.
- Все эвергены прислали мне письма, - поправил её Айдест.
- Говорят, что с письмами прибыли дары и обещания крепких семейных отношений.
- Твой отец сделал это одним из первых, - её слова будто пролетели мимо него.
- Мой отец желает, чтобы ваш наследник стал вам надёжной опорой в будущем, - сидящая в мягком кресле, женщина сложила руки на животе. – Я знаю, другие отцы тоже заинтересованы в этом, - она опередила замечание Айдеста, которое могло напомнить ей о рождённых и пока что не рождённых детях её любовника.
- Ты пришла, чтобы обсудить желания других?
- Нет, ваше высочество. Меня интересуют исключительно ваши желания. И отчасти мои собственные.
Айдест сложил кисти рук треугольником перед собой и очень внимательно посмотрел на женщину. Его взгляд обжигал холодом и каким-то едва уловимым презрением.
- Твои желания доставляют много проблем последнее время. Более того они угрожают жизням моих детей. Что бы ты ни думала, а я любящий отец.
- Оливия будет передана в руки палача только после родов.
- Старший служитель рассказал мне, она назвала новые имена. Я читал подробности допроса. Луиза, ты слишком торопишься.
- Вы дали мне обещание…
- Ты обещала ждать столько, сколько потребуется. Нам нужны все доступные принцессы Орикса, - его взгляд помрачнел.
- Не все отцы поторопились выслать вам дары и предложения брака, - нечаянно Луиза Карлота выдала, как много она знала о переписке принца.
- Я могу проигнорировать письма твоего отца.