- Решение о казни не далось его величеству легко.
- А его высочество? Одна смерть за другой.
- Магические камни – его рук дело. Какой кошмар.
- Кронпринцесса, наследник, отец покойной королевы, великая королева, а теперь и брат великой королевы…
- Какая злая череда смертей. Как тяжело поверить в происходящее.
- Договорённости с покойной кронпринцессой. Неужели его высочества была в сговоре против кронпринца?
- Скрывать смерть великой королевы и посылать от её имени письма… как ужасно…
- Видит великая магия, писаны законы её даже для королевской крови.
Айдест слушал пересуды, удовлетворённо рассматривая мёртвую голову.
«Ты затеял ужасное, дядюшка. Я не дал пропасть твоим трудам. Но ты больше не нужен. Ты начал ошибаться. Биреос ошибался, но его я мог простить за всё. Эта женщина ошибалась. Моя мать ошибалась. Ошибся и ты. Ты не последний, кто ошибается. Я не прощаю ошибок. Даже её я наказываю и милую. Даже её».
Принц поднял взгляд на беременную женщину среди толпы. Луиза Карлота прикрывала рот веером и что-то шептала на ухо глубоко беременной Аграфене.
«Она следующая, Луиза?»
68. Романские стены: слёзы
После короткого кровопролитного конфликта с Афанасией Талина засыпала с тревогой, мучаясь мыслями о Романии, о Тристане и своём брате, с которым не виделась так много лет. Ей шёл семнадцатый год, согласно зимам этого мира, и она боялась считать их. Ведь каждый год стоил ей сожалений. Особенно лета, проведённые с Биреосом.
Талина не желала задаваться не без малого мучавшими её вопросами на ночь. Однако мысли сами лезли в голову, спрашивая, почему всё настолько затянулось?
«Я пересмотрела сотни книг, - думала она, ворочаясь среди жёстких подушек с крупкой вышивкой. – Я побывала везде, где пролегал путь Терезы. И не только. Собственными ногами я прошла куда больше, чем она за всю свою жизнь. Что я нашла? Ни книгу, ни людей, знающих об эльфах. Это провал. Барсам, - мысленно простонала Талина. – Ещё немного, и я забуду твой светлый лик. Как ты там? Помнишь ли меня? Или ты с радостью забыл такую, как я? Молю, приди ко мне во снах. Позволь услышать твой голос вновь. Брани меня и ненавидь. Дай только услышать тебя. Увидеть хотя бы миг, в котором ты. Так тяжело без тебя. Так тяжело. Я не хочу делать всё это. Не хочу быть здесь. Не хочу. Мне страшно. Мне очень страшно».
Великая ориема снова перевернулась на бок и обречённо посмотрела на занавешенное окно. Из-за плотной шкуры не пробивалось ни лучика света. Все магические камни давно погасли, вокруг царила тьма.
«Дело не в книге? Всё может стать ключом. Я могу дожить до конца её жизни. Я могу попробовать уйти вновь. Одни и те же вопросы который год. А я живу и живу в этом проклятом мире».
Талина недовольно вздохнула.
- Я не знаю, - прошептала она. – Я до сих пор ничего не знаю. Я не знаю, как вернуться домой.
Отвернувшись от окна, Талина закрыла глаза и просунула ладонь под подушку. Почему-то ей стало холодно. Пришлось посильнее натянуть одеяло.
Казалось, что после столь неприятных размышлений сон не придёт. Однако что-то тяжёлое всё же накрыло голову Талины, заставляя её раствориться в темноте.
Чернота захлестнула, и через время стало неприятно душно.
Талина недовольно промычала и захотела столкнуть с себя тяжёлое одеяло. Но когда она попыталась поднять руку, что-то удержало её. Это вызвало удивление и заставило Талину повторить попытку. Внезапно тяжесть ушла, однако, через пару секунд тут же вернулась, переместившись ниже.
Резкий страх скользкой змеёй дёрнулся внутри. Талина напряглась всем телом, пытаясь понять, что на ней лежит? Но открывать глаза почему-то было страшно.
«Чудовище заползло в комнату? Если я вызову магию, то спалю его, но и кровать тоже, ведь не знаю, насколько оно большое», - с опаской подумала она, боясь пошевелиться.
Шло время, а тяжесть никуда не уходила. Однако в месте, на котором что-то лежало, вновь начинало становиться жарко.
«Оно горячее. Что это может быть? Камнеломка? Или пятнистая крыса? Оно точно не… надо посмотреть. Но в темноте я ничего не увижу. Если вызвать немного огня, он напугает, и эта штука может на меня напасть. Почему не нападает сейчас? Лучше убить жертву сразу. Я всего лишь плоть, мясо для них. Почему не пытается убить и сожрать?»