Талина чуть не вздрогнула.
«Совсем недавно он хотел уйти за него… если это станет возможным?» - ревностно подумала она.
В порыве чувств и страха, что возможность покорить туман отнимет у неё Барсама, она чуть не ответила отказом. Но в этот момент вошла Алам и ещё двое слуг, сопроводивших эльфийку к залу, в котором все собрались.
Алам поклонилась, встав на колени. Её сопровождающие остались позади, так же встав на колени. Талина кивнула ей, позволив подойти. Эльфы отступили немного назад, чтобы дать Алам передать послание королеве тайно.
В тот миг, как Алам что-то шепнула Талине, все замерли.
Лицо королевы резко переменилось. То ли свет, то ли магия наполнили его, сделав вновь живым.
- Мои эллы, я вынуждена оставить вас. Пусть великий император простит меня и дарует мне свою любовь. Пусть великий император милует нас.
Мужчины поклонились.
- Пусть великая магия хранит королеву крови, - отозвались они, видя, с какой скоростью мантия королевы исчезает из поля их зрения.
***
Талина практически ворвалась в собственные покои. Прямо на ходу Алам пришлось откреплять королевскую мантию с её плеч. Служанки бежали за Талиной, поддерживая длинное платье. В какой-то момент пришлось хватать сброшенные с ног туфли королевы. Но когда процессия достигла дверей спальни, Талина резко остановилась.
- Все свободны.
Алам и остальные низко поклонились.
- Великая королева крови, внутри эллия Селенгил и эллия Менеланна.
- Алам, уведи эллий за собой.
- Будет исполнено, моя королева.
Талина глубоко вдохнула и кивнула. Двери её спальни поползли в разные стороны, открывая взор на просторное помещение, часть которого скрывалась за резными ширмами, потому что там стояла её кровать.
Пока Талина входила под объявление о собственном прибытии, Алам давала знаки двум эльфийкам, зарядившим магические колбы с преобразователем магии. Все кланялись, уходя с дороги и устремляясь к дверям. Как только в спальне осталось только два живых существа, Талина прошла веред, миновав ширмы и немного нерешительно коснулась ниспадающей вниз ткани балдахина над кроватью, чуть-чуть отодвинув её. В приоткрывшуюся щель она смогла рассмотреть одеяло, под теплом которого покоилось тело, покрытое до середины груди.
Талина замерла. Ставший знакомым порыв боли окатил её с ног до головы. Слёзы подступили к глазам. Сердце налилось тяжестью. Пальцы невольно разжались, выпуская шершавую ткань.
- Перестань там стоять, - послышался голос Барсама. Слабый, но не болезненный.
Талина робко отодвинула ткань, открывая себя.
Она увидела его лицо, его чистые зелёные глаза. Хвойный лес застыл в них, нежась под светом милостивого солнца. Талина почему-то кивнула ему, рассматривая его бледное лицо и потемневшие золотые волосы, разбросанные по подушке.
Её сердце сжалось от тоски и невероятно тяжёлой любви.
- Альфрейн. Принц мой.
Эльф внимательно смотрел на неё. Во взгляде его читалась уверенность.
- Я не забыл его, Дафна. Я не забыл твоё имя.
Талина вновь кивнула. Губы её задрожали, пытаясь сложиться в улыбку.
- Ты… т-ты мог представить, ч-то я стану т-твоей с-сестрой?
- Она обещала, что я буду ждать тебя. Она обещала, что я всегда буду рядом с тобой, с самого твоего появления здесь.
- Мама никогда не нарушала данных обещаний, - Талина продолжала стоять, не двигаясь. Не приближалась и не удалялась.
Барсам так же оставался неподвижным.
- Ты думаешь о том же? – спросил он тихо.
- Ткань мирозданья разорвана из-за её обещания. Связь с материком исчезла. Но когда её восстановят, в Калхиде узнают о случившемся. И тогда…
- Суд императора оборвёт наши жизни, - закончил за неё Барсам.
Талина моргнула, давая крохотной слезинке упасть вниз.
- Это слишком жестоко, Альфрейн.