- Вильгельм… драгоценный… мой…
Молчаливый наблюдатель совершил несколько отрывистых движений головой, будто мышцы его шеи свело судорогами. Его руки дрогнули. Волна вибрации прошла по позвоночнику, реагируя на приблизившееся сзади существо.
Туловище мужчины в тёмном балахоне осталось неподвижным. Только его голова развернулась на сто восемьдесят градусов. Ткань капюшона не мешала видеть всевидящим очам. Пусть эти глаза были слепы к реальности других, не видели ни лиц, ни тел, но они зрели мировые нити и мировые линии так же чётко, как когда он собирался сойти в этот мир. Сила вернулась к нему.
- А-ла-ни-эль, - произнесли по слогам иссохшие губы в татуировках из загадочных символов. – Нашла… рано…
Чёрные клубы дыма, плотного, как ткань, обняли фигуру и истаяли, не оставив после себя ничего.
Из тени отделился тёмный образ.
- Долги, - донёсся слегка шелестящий женский голос. – Я соберу их.
Женщина с золотистыми волосами в сумеречном наряде немного неестественно наклонила голову на бок, рассматривая путь, по которому уходила её жертва. Постояв ещё две секунды, она медленно пошла за ним.
Её походка была налита неестественностью, будто женщина редко пользовалась ногами для ходьбы. Её острые рога словно мешали ей, потому что предназначались для корректировки полёта, нежели поддержанию равновесия на земле.
Она подняла руку вверх, вызывая сумеречное оружие. Ощутив толстое основания копья, женщина легко отскочила от пола и полетела вверх, набирая скорость. В процессе полёта копьё менялось, изгибаясь и ширясь. Оно принимало форму косы жнеца.
Глаза женщины, подобные тяжёлой воде, которая вот-вот прольётся из этих бездонных омутов, бесстрастно смотрели сквозь пространство, потому что оно не существовало для неё. Она зрела его путь.
- Долги.
Внутри её глаз вспыхнуло что-то сине-фиолетовое. Очертания тонких пентаграмм закрутилось в её зрачках.
Мгла сгущалась, сопровождая её фигуру. Очертания исчезали.
Талина продолжала держать Барсама за руку, не заметив ничего. Утратив доступ к первородной магии, они утратили зрение. Но кровавый саван хранил их и их дитя.
***
- Пророчество посетило первого принца крови, - заговорил гоблин, держащий магический шар в руке. – Мы должны проверить покои её высочества на наличие лоскутов магии пророчества. Они губительны для здоровья.
- Принцесса уже спит, - раздался учтивый голос молоденькой нимфы. – Недозволенно вторгаться в её покои.
- Дело не терпит отлагательств, сестра гала Зарина, - настоял гоблин. Стоявшие за ним братья поддержали его. – Любая внешняя магия недопустима в не магическом пространстве островов. Волей великого императора, пробудите её высочество принцессу ото сна. Во имя блага её высочества мы обязаны проверить всё прямо сейчас, - он указывал на шар, в котором светились знаки старшего жреца, распорядившегося о проверке.
- Мои братья, я понимаю вашу спешность и настойчивость, однако, пробуждение займёт некоторое время. Её высочество спит окутанная чарами её величества великой императрицы.
- Сестра гала Зарина, я молю вас во имя великого императора поторопиться. Мы начнём с других комнат.
- Благодарю, - дриада поклонилась.
А затем медленно осела и мягко упала на пол.
За ней, ничего не ведая, на полу оказались прибывшие гоблины. Шар с символами первого жреца покатился по чёрному ковру, минуя застывшие в магии тела. Круглый предмет коснулся чёрного лепестка силы и остановился. Светившаяся в нём магия погасла, будто что-то высосало её.
Мужчина в тёмном балахоне безразлично посмотрел на шар.
- Принцесса… дочь… твоя дочь…
Его сухие, почти синие губы растянулись в улыбке.
- Ты – мать. Ты, - он сделал шаг вперёд по направлению к покоям Эйстейн, - нашла её. Мою Терезу. Спрятала её нить… я вижу.